Антология советского детектива-14. Компиляция. Книги 1-11

И знаете, граждане, я по горло сыт уже и разговорами, и вашим обществом. Разреши­те мне откланяться?

—  Перестаньте паясничать,— остановил его жестом Шукаев.— Вы арестованы по подозрению в угоне лошадей с конефермы колхоза «Заря» и в убийстве сторожа Трама Лоова

—  Абсурд! — все еще сохраняя самообладание, повысил голос Газиз.

—  Назовите ваших сообщников!

—  Я отказываюсь отвечать на любые вопросы,— снова прежним ровным тоном заявил он.— И сегодня, и завтра, и послезавтра. Сажайте меня, если считаете, что имеете пра­во

Когда Дзыбова увели, Жунид распахнул форточку и в изнеможении сел опять на стул.

—  Все жилы, проклятый, вымотал,— простонал он, еро­ша рукой волосы.— Как и где ты нашел эту штуку, Вадим?

—  Ты знаешь, к стыду моему, должен признаться, что я несколько раз перешвыривал вещмешок с места на место. В сарае у него барахло разное сложено- старые хомуты, шлея, вожжи (кстати, их тоже нужно будет проверить) — там и мешок лежал; мы с Махмудом уже собирались уходить, ког­да меня вдруг осенило!

—  Вспомнил? — улыбнулся Жунид.

—  Точно  Глянул в свой блокнот — точно: старый брезентовый рюкзак тоже пропал с фермы в ночь убийства... Тогда я его и прихватил... нашли Чича. Он признал. Вот все.

—   Молодец,— искренне сказал Жунид.— Если бы ты пришел с пустыми руками, не знаю, что бы я делал...

Дараев даже слегка покраснел от удовольствия.

—  Кто же он все-таки? — рассеянно проговорил Жунид.

—  Кто?

—  Дзыбов. Главарь всей этой шайки? Или только один из исполнителей?..

12. ПОБЕГ

Наконец-то в руках у Жунида и Вадима оказалось хоть одно вещественное доказательство — рюкзак с чохракской конефермы. Как он попал к Газизу,— это уже другое дело. И вот тут-то и было главное затруднение. Такого типа, как Газиз Дзыбов, Жуниду еще встречать не приходилось. Поч­ти полуторачасовой допрос прошел впустую. Дзыбов охотно, «из любви к искусству», как он сам признался, болтал на любую тему, но наотрез отказывался отвечать на вопросы, которые могли навести на след остальных участников нале­та. Слово «остальных» Жунид употреблял условно: он был глубоко убежден, что Дзыбов побывал на конеферме в ночь убийства сторожа. Но как доказать это?.."

"День выдался ненастный. С рассвета сеял мелкий моно­тонный дождь, полируя холодным и мокрым блеском крыши домов, телеграфные столбы, глинистые дороги, разъезженные колесами бричек так, что колеи совсем утонули в глубине проселков, а колеса повозок проваливались в них по самые ступицы. Над рекой Фарсой, над ближним лесом курился волнами туман и, сплетаясь с сетью дождя, оседал на кро­нах деревьев, на плоской неуютной поверхности воды.

Дараев и Жунид сидели у Тукова в кабинете и вполго­лоса разговаривали, вырабатывая план дальнейших действий.