Почти семейный детектив

— Ты ополоумела, — ни разу в жизни Ганна не слышала, чтобы Гарик повысил голос, и сейчас не на шутку струхнула. — То есть мы поссорились, и я на основании этого убил человека. Это же так просто, как стакан воды выпить. Приехать в другой город, оглушить женщину ударом по голове и задушить ее в кустах. Прелестно. Вот ты какого обо мне мнения. Великолепно. Даже не знаю, что и сказать.

— Скажи, почему вы поссорились? — Ганна упрямо гнула свою линию, потому что отступать было уже поздно.

— Да не ссорились мы. — Он орал в голос. — Меня там не было, когда эта дурища приходила. Вспомни, если у тебя мозги не как у курицы. Ты стояла в коридоре, а я вошел в коридор. Никакой Алеси там не было и в помине. Я мамой своей клянусь, что я ее в тот день вообще не видел.

— Да, тебя не было, — растерянно согласилась Ганна. — Алеся выскочила и побежала в туалет. Я замешкалась, и тут ты пришел, с улицы пришел, попросил меня потом к тебе зайти и прошел к себе в приемную. Правда, так и было. Тогда почему она плакала?

— Отчего вы, бабы, все время плачете? — Гарик заговорил спокойно, как будто из него выпустили весь пар. — Раз плакала, значит, из-за чего-то расстроилась. Вообще-то мы с ней расстались. Просто она в это не до конца поверила и приехала выяснять, а я терпеть не могу выяснения отношений, поэтому сделал так, чтобы с ней не встречаться.

— То есть это ты с ней расстался? — уточнил молчавший до этого Галицкий. Гарик поморщился.

— Илюха, ну хоть ты-то из себя борца за нравственность не строй. Можно подумать, ты не знаешь, как это бывает. Оттянулся с цыпочкой на стороне. Она с чего-то решила, что имеет на меня особые права. Я решительно свел отношения на нет. Она приехала в Москву, я ловко уклонился от встречи. Она порыдала и уехала обратно. Все. И не надо вокруг обычного пошлого романчика накручивать шекспировские страсти. Ребята, я вас умоляю…

— Новый эмоциональный опыт, — пробормотала себе под нос Ганна.

— Что?

— Одна моя подруга рассталась с мужчиной, которого очень любила. Она не ела, не спала, похудела на десять килограммов. Ей было так плохо, что жить не хотелось. А когда она попробовала поделиться своими душевными страданиями с одним своим другом, тот пожал плечами и сообщил, что любой неудавшийся роман — это всего-навсего новый эмоциональный опыт. Мол, не из-за чего расстраиваться. Все-таки между женщинами и мужчинами космическая разница в восприятии жизни. Мы с разных планет, это точно."

"Галицкий внимательно посмотрел на Ганну, словно догадываясь, что она рассказывает не историю подруги, а свою историю, доставая из глубин души собственные переживания по поводу расставания с ним, Галицким. Так оно и было, но признаваться в этом Ганна не считала нужным, поэтому независимо вздернула подбородок.