Детектив для уютной осени

Наверное, понял, что врет неубедительно. А потом вдруг признался: к Верке заходил денег занять. Это меня еще больше удивило: после той истории с абортом Верка его на дух не выносила, о чем он прекрасно знал. И просить у нее в долг было по меньшей мере глупо. Я еще подумала: совсем плохи дела у парня…

– Скажите, – вновь обрел дар речи Берсеньев. – Как Андрей учился в школе?

– Хорошо. Не отличник, но троек у него не водилось. У нашей Эммы Григорьевны, это учительница по литературе, был любимчиком. Она ему даже советовала на филологический поступать. Но он пошел в политех, у нас здесь филиал областного вуза. По математике у него тоже была пятерка. Андрей даже в олимпиадах участвовал…

– По литературе, я так понимаю, у него было «отлично»? – не унимался Берсеньев.

Тут до меня дошло, почему Сергей Львович так интересуется школьными успехами Дыбенко, и я спросила:

– А с русским языком проблем не было?

– Из всего класса в аттестате пятак по русскому был только у него, Эмма очень любила ставить нам Андрея в пример. Лично у меня была тройка, и то с натяжкой. Да и математика хромала. Девушкой я росла спортивной, а одно с другим редко сочетается.

– Уверен, вы преувеличиваете, – улыбнулся Берсеньев. – Таким красивым девушкам обычно все удается.

– Комплимент я оценила, – засмеялась Юля. – Но, подозреваю, телефончик вы у меня не попросите, а если попросите – не позвоните. Грустно. Коллектив у нас женский, и с мужиками в городе беда. Одна пьянь, да и тех на десять девок хорошо если пяток наберется. Думала отправиться за своим женским счастьем в областной центр, только вот сомнения одолевают: похоже, дела там в этом смысле обстоят ничуть не лучше. – Она засмеялась и тряхнула кудряшками, падающими на ее лоб.

– Я женат, – с намеком на грусть соврал Берсеньев. – Но иногда сожалею об этом. Сейчас как раз такой случай.

– Спасибо вам, – сказала я, поднимаясь.

– Да не за что. Как думаете, менты убийцу найдут? Наши, местные, вряд ли. Болтают, Веру из-за долгов убили, у нее незадолго до этого парикмахерскую сожгли. Говорят, пугали, только я в это не верю. Какой смысл в убийстве? Тогда уж деньги точно не получишь. А Иру… вроде бы квартиру ограбить хотели, а она по чистой случайности оказалась дома?

– Будем надеяться, что следователи разберутся… – туманно ответила я, торопясь уйти.

Школу мы покинули молча и по дороге домой делиться впечатлениями не спешили. Берсеньев, по обыкновению, принялся насвистывать, я не выдержала и сказала:

– Чего ты психуешь? – удивился он.

– Какого хрена я опять влезла в это дело?

– Не хочется разочаровываться в Одинцове? – усмехнулся Сергей Львович.

– При чем здесь Одинцов? Все, что мы узнали, прекрасно вписывается в первоначальную версию.