Детдом

 – Ты думаешь, он, воспитанник Олега, прямо только и переживает теперь за этого ребенка? Ты еще вспомни, как он меньше месяца назад прямо на автоматы этих отморозков пер! Какое ему дело!

– Да я не об этом, – спокойно возразила Ирка. – Я говорю: Настю спросили, не знает ли она, где Кай?

– Настю? – удивилась Анжелика. – Кажется, нет. Но, может быть, Светка?… Да какая разница! Настя про себя-то не очень точно знает, где она находится…

– А ты все же позвони ей, – посоветовала Ирка. – Вот смотри, у меня здесь телефон записан. Вот трубка. Набирай…

Анжелика, находясь в своеобразном ступоре от переживаний, послушно набрала номер, подождала, пока Настя возьмет трубку…

– Здра-асте, тетя Анджа-а… – Настин голос плавал, не приземляясь.

– Настена, ты не знаешь, куда делся Кай и прочие трубадуры? – не тратя времени на обычные вежливости, спросила Анжелика.

– Прочие – не зна-аю, – ответила Настя. – А Кайчик уехал к себе, на Белое море, за тем крестом, который у него на груди выколот. Когда приедет, обещал показать мне краси-ивое и дать срисовать. И еще обещал морскую звезду сушеную привезти-и…

– Так, – сказала Анжелика, положив трубку. – Время пришло. Кай в сопровождении «Детдома» отправился за пиратским кладом своих предков. И все, кто, предположительно, за ним следит, вероятно, двинулись вослед…

Глаза у Анджи сузились, волосы встали дыбом, губы сжались в узкую некрасивую полоску. Ирка глядела на нее со страхом и недоумением.

– Чего ты говоришь? Я не понимаю… – жалобно сказала она.

– Видишь ли, Ирка, в нашем кино только что поменялся жанр, – объяснила Анжелика. – Сериал про несчастную любовь и брошенных детей закончился. Начался боевик.

* * *Старый раздолбанный автобус марки «ПАЗ» бодро подпрыгивал на усыпанной крупными белыми камнями дороге. Пыль клубилась за ним красивым пушистым хвостом и оседала на кусты вереска и невысокие кривые сосны, растущие среди беломошника.

Несколько немолодых теток с пустыми ведрами (ездили на станцию продавать чернику) и два угрюмого вида мужика недоверчиво смотрели на сваленные позади рюкзаки и неместных парней, не слишком похожих на обычных туристов. Особенное внимание привлекал Кай с его акцентом и неизменной, болтающейся на спине широкополой шляпой. Еще на станции, на грязной асфальтированной площадке у водонапорной башни, где ждали автобуса, одна из теток дернула за рукав Егора, казавшегося наиболее понятным, и спросила, исподтишка указывая пальцем: «Этот у вас… иностранец, что ли?»

– Нет, что вы, тетенька! – радостно улыбнулся Егор. – Он-то как раз тут и родился. Теперь вот везет нас на экскурсию.

Идея говорить про экскурсию и Кая-экскурсовода принадлежала Владимиру, и была просто вопиюще неудачной.