Десять стрел для одной

Хотя работал в ночи, с мигренью, практически левой ногой – а получилось неплохо. Ярко, местами остро, в разделе о личной жизни – даже трогательно. Не только большой чиновник – еще и вдумчивый, заботливый отец семейства.

«Мастерство не пропьешь», – скромно подумал Полуянов.

Отправил текст в пресс-службу авиакомпании и лично начальнику.

Потом просмотрел собственную почту.

Наконец. Весточка от Савельева. Как всегда, чрезвычайно краткая:

Подъезжай сегодня к шести вместе с Надей.

С Надей? Очень странно. Дима даже задумался: а знает ли полковник, что его девушку зовут именно так?

Но даже если знает, приехать вдвоем он их раньше не звал никогда.

Значит, дело в фонде?

А как тогда быть с Викой?

Здесь, в Васильково, четырнадцать лет назад Котлов точно никого не убивал.

Ладно, не будем спешить с выводами.

– Надюшка! – позвал Полуянов. – Ты гулять готова?

– Всегда готова! – выскочила из кухни она.

Пока неспешно шли по родной Березовой, Митрофанова проговорила:

– Знаешь, Дим… у меня такое ощущение, что видела я именно того, о ком Ольга говорила. Высокого, худого, бородатого. Где-то здесь, в Васильково.

Остановилась. Потерла виски.

Полуянов терпеливо ждал.

Надя вдруг просияла:

– Эврика! Он у сельпо стоял. Когда труп Люси нашли.

Снова взяла его под руку, сбавила радужный тон:

– Ну, то есть это ничего не значит, конечно… Мы ведь с тобой решили: экстрасенсы все врут. Да и вообще, это не приметы. Бороду – сбрить можно. И похудеть – тем более. А высокий – каждый второй.

– А я думаю, – задумчиво произнес Полуянов, – этот человек всегда был худым, бородатым. Таким и остался. И твоя Ольга нам его подставляет. Любопытно узнать зачем.

– Так давай найдем его! – воодушевилась Надежда.

– Как? Устроим подомовой обход?

– Зачем? Тут в сельпо две продавщицы. Одна киргизка, от нее толку мало. А другая местная. Эта всех знает. И в долг дает. Под проценты.

– Да ладно!

– Честное слово! При мне мужик приходил, ворчал. Что за «беленькую» сторублевую ему теперь полтыщи отдавать.

– Это ж статья!

– Алкаши не жалуются. А мне она безо всяких процентов в долг дала. Когда я кошелек дома забыла.

– Пойдем тогда к твоему кладезю информации! – заинтересовался Дима.

Но им не повезло. За прилавком стояла хмурая киргизка.

С ходу сообщила:

– Пиво теплый. Холодильник сломался.

Надя виновато развела руками. Но Полуянов решительно подошел к кассе. Одарил продавщицу самой ослепительной из улыбок. Но у той на лице ни один мускул не дрогнул. Произнесла сурово:

– В долг не дам. Хозяйка ругает.

– Лапочка, да есть у меня деньги на пиво, – Дима вытащил из кармана привычный хаос: мятые сотни, пятисотки, редкие тысячи.

– Какой надо? – не потеряла самообладания киргизка.

– Никакой не надо, – подделался под ее акцент Полуянов.