Десять поцелуев, чтобы влюбиться

 – Я же нашла тебе преподавателя для подготовки к вступительным экзаменам.

Эм… что? К каким ещё экзаменам?

– Мам!

– Маша, не спорь! —вырвала из своего ежедневника листочек с номером мобильного телефона и протянула его мне. – Вот, это Антон Михайлович, он любезно согласился поднатаскать тебя по профилирующим предметам, чтобы без проблем поступить в магистратуру.

Куда блин?!

– Маша, второе высшее нужно обязательно. Можно и не педагогическое, хотя бы…

И как прикажете разговаривать с ней, когда банально хочется взять и придушить голыми руками? Ладно, шучу. Маму я люблю.

– Мамуль, повторю снова – ни в какую магистратуру я не собираюсь. После универа иду работать по специальности.

Родительница со всей дури опустила чашку на кухонный стол, так что всё содержимое расплескалось в разные стороны.

– Сказано, значит пойдёшь. Нос мне воротит! – её голос поднялся на несколько октав выше. – Журналистика – это не профессия.

Заладила. Старую песню о главном. Сил моих больше нет. Надо перебираться жить в общежитие, пока мы друг друга не поубивали. Правда в моём случае только в платное. Я же не иногородняя.

– Сама звони своему Михалычу, – огрызнулась и потопала в коридор, стараясь при этом произвести как можно больше шума. – И в магистратуру иди, если тебе так надо и всё остальное!

– Маша, немедленно вернись! – мгновенно донеслось вдогонку. – Маша, ты меня слышишь?

Ага, сейчас.

Схватила сумку с роликами, сунула ноги в любимые кеды и вылетела на лестничную клетку, словно ошпаренная.

Сколько же можно решать, что я буду делать, а что нет? Как жить, чем заниматься, во что одеваться и с кем дружить? Неужели не понимает, что тупо перекрывает мне весь кислород?

Принялась остервенело жать на кнопку лифта и, когда он приехал, просто без раздумий шагнула в кабину.

– Чего надулась, будто мышь на крупу? – услышала голос своего заклятого врага. – С матерью проблемы?

– Да ты экстрасенс, Сотня.

Впрочем, вид Димы тоже оставлял желать лучшего. Обычно он болтает. Много. Чтобы его заткнуть, надо очень сильно постараться. А тут молча нажал на стрелочку первого этажа и уставился в свой телефон.

– Савельева, а ты в пижаме что ли? – рассмеялся издевательски. – Заучку из дома выгнали?

Да что же не так в моей одежде? Обыкновенные лосины. Правда розовые, с белыми пони. Ну так это для танцев… они удобные, тянутся, движений не сковывают. Да и кофта хорошая – просторная, мягкая, однотонная. Или всё дело в плюшевых ушках на капюшоне?

– У меня занятия по танцам, понял? – первая вышла из лифта и сбежала вниз по лестнице.

– Ты? – не отстаёт ни на шаг Сотников. Прилип, как банный лист! – Танцуешь?

– И? – недоуменно приподняла правую бровь. – Запрещено законом?

– Да нет.