Десять поцелуев, чтобы влюбиться

Как он резко обнимал и целовал меня, брал за руку или смотрел на таким безбожно жадным взглядом, от которого хотелось мурлыкать ласковой кошкой. Но зачем нужна такая сладкая маска? Этот парень затеял опасную игру.

А потом мы поехали домой. Снова целовались. В парадной. Не могли отлипнуть друг от друга в лифте. Долго стояли у дверей моей квартиры, дыша одним воздухом на двоих. Я знала, что мы уже заплыли слишком далеко за буйки. Без страховочных тросов, фактически не умея плавать. Но как бы не было опасно море, оно ещё невероятно притягательно. Как эти лазуревые глаза… бездонные, красивые, демонические.

– Я позвоню, – шепчет, целуя напоследок слишком по-взрослому. До сладкого стона, сорвавшегося с моих губ.

– А я не возьму трубку, – с дразнящей улыбкой отвечаю.

– Возьмёшь, – взгляд глаза в глаза. – Или залезу в окно прямо ночью.

– Ты чокнутый?

– Всё из-за тебя, Маша. Всё из-за тебя.

Улыбаюсь, как идиотка, когда вхожу в квартиру. И мне точно не нравится собственное лицо, которое светится, словно тыква на Хэллоуин.

Кажется, кто-то влип. Окончательно и бесповоротно.

Глава 22 – Научи любить

Маша

Оливки.

Я всегда их ненавидела. Если узнавала, что мама положила их в салат или в суп, то категорически отказывалась есть. Блюдо было безнадёжно испорчено. Ну что это за зелёные штуковины? Бе!

Но спустя много лет, уже будучи студенткой журфака, я подловила себя на том, что спокойно ем пиццу с маслинами.

«С» – старость.

Возможно, с возрастом то, что раньше на дух не переносила, начинаешь любить. Вот и Диму я полюбила вместе с оливками. В один момент. Внезапно.

– Маш? – Сотня ведёт пальцами по моему бедру, нагло пробираясь под домашнюю футболку. – А ты будешь на днюхе у Егора?

– Не знаю, – честно ответила. – А что мне там делать? Мира идти не хочет.

– А ради меня? – целует в шею. По коже мурашки, а низ живота наливается огнём. – Мне без тебя скучно будет. Уговори свою подружку и приходите.

– Даже не знаю."

"– Зато я знаю. И, кстати, у Егорыча день рождение. Разве они с Князевой не мутят?

Мутят, ага.

Вот только присутствие Никиты Тарасова напрягает Мирославу куда сильнее. Этот козёл просто не даёт ей проходу. Преследует, оказывая весьма навязчивые знаки внимания. Наличие парня у Миры Ника тоже не сильно смущает. До чего наглый персонаж! Он ещё в гимназии считал себя властелином вселенной. Плевать он хотел на чувства девушки, которую растоптал когда-то.

Мудаками рождаются.

– Ну Мира не любит вечеринки.

– Или Ника? – усмехнулся Дима.

А вот Ника как раз любит. Только это было давно и неправда. Да и Сотникову лучше об этом ничего не знать.

– Ничего не выйдет. Или ты меня дурой считаешь?

– Тебя? – он рассмеялся и крепко-крепко обнял меня за талию. – Кем угодно, Маш, но не дурой.

– Спасибо и на этом.