Десять ночей с бывшим

Но едва мы приближаемся к очередному козлу, у которого уже палатка в штанах при взгляде на меня, он опускает глаза и вежливо бубнит:

- Здравствуйте, Алексей Германович…

Потому что если он поднимет на меня глаза, у него будут неприятности сразу с двух концов:

Во-первых, Алексей Германович, заместитель Воропаева, второй человек в «Голд-Элит» и совладелец корпорации, выебет его без вазелина, припомнив каждый мелкий косяк и выкинет с работы с волчьим билетом.

Во-вторых, Алекс Шалаев, отморозок и извращенец, встретит его в темной подворотне, отрежет ему хуй и забьет в глотку.

Ну, он так обещает. Давиду он все же ничего не отрезал и не вставил, чем я слегка разочарована.

Зато сколько сладкого досталось мне… Ох, до сих пор тяжело и сладко вспоминать те дни, когда он возвращался домой после напряженных разборок в «Голд-Элит», еще не оправдаанный, еще не доказавший до конца свою верность и всю ярость, злость и отчанияние, а заодно ревность, вину и бешенство срывал на мне. Какими тугими были веревки, безжалостным его член, сладкой боль, короткими ночи, наполненные жгучим удовольствием.

Он связывал меня, чтобы я не сбежала, чтобы почувствовала каждой мышцей своего тела, что принадлежу ему. Он трахал меня во всех позах, во все места, не оставляя ни единого миллиметра тела внутри и снаружи не оскверненным своей похотью. Он имел меня во всех местах своего дома, бешено, жадно, вылизывая до судорог десятого оргазма в бассейне, нанизывая попкой на свой пылающий член в сауне, вдалбливаясь в рот на заднем дворе и долго смотрел, как тянется серебристая под светом луны нить слюны, когда он позволяет мне вдохнуть.

Но больше всего он обожал мое лоно, хранившее его ребенка.

Он был жесток и грозен, но никогда, ни на секунду не позволял себе забыться и поставить под угрозу будущую жизнь внутри меня. После того, как он выпускал пар и считал меня на сегодня наказанной, он относил меня на руках в кровать и там уже любил так трепетно и нежно, как я никогда бы не подумала, может любить Алекс Шалаев.

Он ласкал меня, трогал пальцами живот и говорил с будущим сыном, обещая ему, что защитит от всего на свете и его, и его маму.

И я говорила с ним. Рассказывала про тот момент, когда узнала о беременности и вдруг все перевернулось. Я почувствовала себя навсегда связанной с Алексом и мне это почему-то понравилось. Бешеный извращенец, он, однако, был на редкость внимательным всю ту неделю, что мы успели провести с ним вместе после нашего дурацкого спора. Он каждый день и каждую ночь думал только обо мне. Он раскрывал меня терпеливо и последовательно."

"И он подарил мне меня. Настоящую. Спрятанную за дурацкими страхами Соню, которой очень-очень-очень на самом деле нравится быть шлюхой. Дорогой шлюхой Алекса Шалаева, единственного и неповторимого.