Десантник на престоле

Он догадывался о том, что в этом конверте не было ничего позитивного, поэтому не желал присутствовать при его вскрытии. Петр Андреевич повертел в руках этот пакет, который ничем не отличался от прочих, и вскрыл. Внутри имелась небольшая записка на английском языке, написанная рукой Джона Рассела. Он хоть и ушел с поста министра иностранных дел Великобритании, но продолжал курировать этот государственный переворот, играя роль менеджера проекта.

Вот примерный перевод этой записки:

Дорогой Петр Андреевич, с прискорбием сообщаю вам, что все свои дела в России я сворачиваю, так как обстоятельства складываются совершенно неудачно для их продолжения. Также хочу вас проинформировать о том, что двадцать четвертого сентября сего года британский экспедиционный корпус по ходатайству премьер-министра был объявлен вне закона. Всех его солдат и офицеров ждет военный трибунал и, вероятно, казнь после возвращения на Родину. Туманный Альбион больше не желает с ними иметь ничего общего. Теперь вы все — сами по себе. Да поможет вам Бог.

Всегда ваш Джон.

Петр Андреевич прочел это письмо еще раз. Улыбнулся. Бросил на стол. Откинулся на спинку кресла и разразился приступом истеричного смеха. Ничего не понимающий Генри взял бумажку, пробежался по строчкам и медленно осел обратно на диван с совершенно бледным лицом.

Посмеявшись с минуту, Шувалов встал, подошел к бару, достал оттуда бутылку с первоклассным коньяком и прямо из горла выпил примерно половину. Закашлялся и, успокоившись, сел обратно. Впрочем, не выпуская бутылки из рук.

— Это конец, сэр, — Петр Андреевич сделал акцент именно на этом иноземном обращении. — Англия от нас отвернулась. К Москве стягиваются войска со всех центральных губерний, а в конце весны подойдут казаки. Впрочем, до конца весны мы не доживем… Андрей! Андрей! — В кабинет вбежал адъютант. — Андрей, никаких сведений из Варшавы не приходило?

— Приходило, Ваше Высокопревосходительство. Мы их сейчас формируем в общий пакет и обобщаем.

— Неси так. Поспеши. И… Андрей, принеси еще коньяка и закуски. — С этими словами Шувалов залил в себя на глазах изумленного англичанина и адъютанта остаток емкости, трубно отрыгнул и бросил опорожненную склянку в угол комнаты. У него на лбу выступил пот, а на лице появилась блуждающая улыбка. — Ну что, англичанин, — сказал Шувалов, после того как адъютант, подняв пустую бутылку, вышел, — мы теперь с тобой трупы. Как говорится, мертвее не бывает.

— Вы пьяны…

— Да, я пьян. Но иначе я бы застрелился. Такой провал! И все из-за вас! Не влезь вы со своими вероломными интригами, и я бы был все так же — на коне. — Он зло сплюнул на пол и откинулся на кресло, положив ноги в сапогах на лакированную столешницу. — Как же вы меня все утомили!..