Десантник на престоле

Дело должно было стать не напряженным, а он как раз нуждался в хорошем отдыхе после этой совершенно дикой биржевой гонки, когда приходилось частенько не спать по несколько суток, решая срочные вопросы.

Восьмого августа 1863 года, во время ужина в кругу родственников своей будущей невесты прибыл вестовой с очень неприятным известием — произошла трагедия, из-за которой старший брат Саши Александрович оказался при смерти. В донесении, которое принесли королеве, не говорилось ни о каких деталях, однако, в общих чертах ситуация была крайне поганой. Брат Александра прибыл с великим князем Константином Николаевичем в Варшаву для противодействия волнениям, которые были подняты польскими студентами и городским люмпеном при теснейшем содействии французской агентуры.

За весну произошло несколько покушений, как на великого князя, так и на самого цесаревича. И вроде бы все заканчивалось удачно — каждый раз оба они выходили целыми и невредимыми. Однако во время последнего покушения пуля попала в лошадь. Та встала на дыбы и сбросила цесаревича на каменную мостовую, куда он и приземлился спиной. Состояние его здоровье оказалось настолько плачевным, что везти его Санкт-Петербург было крайне рискованно, поэтому он оставался в Варшаве.

Да, Никса не был его родным братом, но за последние восемь лет Александр уже привык к нему. И дело было не только в Коле. Саша вообще уже очень прикипел к этой семье, начав даже отчасти воспринимать ее как свою собственную. Как ни крути, а детство в детском доме сказывалось самым превратным образом. А потому, великий князь, и в прошлой жизни органически не… недолюбливавший поляков за их специфическую натуру, теперь и вовсе их возненавидел, буквально посерев на глазах королевы за считанные секунды. Правда, длилось это недолго, так как уже через несколько минут он снова стал вежливым и тактичным молодым человеком. Только огонек в глазах стал пугающим.

— Александр, вы в порядке?

— Да, Ваше величество, спасибо.

— Вы так посерели, будто вам стало плохо.

— Отчасти, но я уже справился. Я люблю своего брата и сильно переживаю за него, — задумчиво произнес Саша.

— Вы так говорите, будто уже что-то задумали.

— Ваша проницательность поразительна, — Саша вежливо склонил голову, — да, я уже знаю, что я должен делать. Мне нужно незамедлительно выезжать в Варшаву.

— Но Варшава охвачена волнениями!

— Тем хуже для волнений, — сказал Александр и так улыбнулся, смотря куда-то вдаль, что королева вздрогнула.

Ситуация была очень специфической. Даже более того — наступило что-то вроде момента истины. Ибо от того, как Саша себя поведет, зависела его дальнейшая судьба. По большому счету, он в одно мгновение оказался в фокусе внимания всей Европы.