Десантник на престоле

Само собой, параллельно шло активное прорабатывание легенды. Дошло до того, что Саша ее всю последнюю неделю будил посреди ночи и заставлял спросонья представиться, рассказать о себе и записать или дешифровать небольшой кусочек текста. Садизм, конечно. Но иных вариантов не было.

Глава 3

Цесаревич

25 июня 1863 года — 27 сентября 1863 года"

"Лондон встречал великого князя промозглой погодой и шквальными порывами ветра, из-за чего пришлось долго идти против течения на слабенькой паровой тяге. Останавливаться в Англии не хотелось, но необходимость продать опиум и совершить визит вежливости к своей невесте и ее родственникам, заставляла Сашу задержаться в этом месте с весьма негостеприимным климатом. Однако, местных обитателей подобная мерзопакостная погода, казалось бы, совершенно не беспокоила. Это неприятное обстоятельство привело к тому, что Александр смог освободиться из заботливых рук местной аристократии только лишь через три дня. Да и то, с большой неохотой последней. Как ни крути, а русские принцы не часто бывают в Лондоне. Впрочем, симуляция простуды сделала свое дело и от Александра на время отстали.

Эта сплошная череда приемов, которая началась с аудиенции у королевы Виктории и закончилась ужином в гостях у сэра Рассела — хозяина Форин-офиса, пропустила великого князя практически через всю верхушку британского общества. Однако, как это ни странно, никаких попыток устроить даже малую гадость никто не предпринимал. Все было намного хуже — королева лично выразила свое сочувствие по причине дурных действий австрийских агентов, которые подкупили английских журналистов, уже понесших достойное наказание. Так что, бесстыдные методы дипломатии Франца-Иосифа не смогли поколебать добрых отношений мудрой королевы Виктории к своему будущему зятю.

Этакие милые улыбки, вежливые и взвешенные слова, а в глазах озорная хитринка. Причем у обоих. По итогам той первой аудиенции Саша сделал вывод о том, что королева в курсе истинного виновника индийского рейда. Мало того, она даже в некотором восторге от того, как Александр провернул эту операцию. Это безмерно печалило и заставляло пересмотреть всю дальнейшую программу по махинациям, посредством которых он хотел получить средства для осуществления своих проектов.

Впрочем, даже вырвавшись из «дружеских» объятий британской аристократии, великий князь не смог найти покоя, чтобы просто погулять по столице Туманного Альбиона и насладиться классическими викторианскими видами. Дела захватили его вновь с еще большей круговертью. Джон Пирпонт Морган терпеливо ожидал окончания всей этой великосветской карусели с ничего не значащим расшаркиванием и промышленными объемами лицемерия, чтобы поговорить о делах.