Дерзость на шпильках

- Да, да, я намёк поняла, уже ухожу, – шмыгнув носом, девушка собралась уходить, но я по- прежнему держал ее за руку.

- Как уходишь? Я, вроде, еще не просил.

- И не надо просить, вот сейчас лапку мою выпустишь, и я испарюсь. Пойду домой, а то Боня один не любит спать.

- Господи, в два часа ночи?! Совсем с ума сошла?  - возмутился я. – Утром пойдёшь хоть на все четыре стороны, и Боня твой переживёт. Вон, какой упитанный, может, похудеет малость на нервной почве и без ужина. Ты меня, вроде, лечить собиралась! – закончил своё бухтение, отпуская ее пальцы.

Девчонка снова только выдохнула и ушла из спальни, прихватив с пола градусник. Прилёг обратно на постель, так как слабость кружила голову, а возможно, это цветочный чарующий аромат женских духов. Удивительно, как терпеливо Анна лечит мою «больную задницу», спрятав свои коготки и острый язычок, но тут главное не расслабляться.

Сейчас милая, ласковая и заботливая, а потом нож в спину, пискнуть не успеешь. Знаем таких… проходили. Я был благодарен за ее помощь, но чувствовал всем нутром, что утром от нее надо быстро избавляться. Это как в слежке, когда я со сто процентной уверенностью могу сказать, что пора валить, иначе накроют. С ней мой контроль страдал, но, самое главное, она так глубоко проедала мне печенку, что руки безбожно чесались перекинуть ее стройное тело через колени и хорошенько надавать по этой волнующей меня уже вторые сутки заднице.

Я по жизни старался избегать чрезмерных эмоций, так моя явная нелюбовь к общению быстро охлаждала пыл строптивых девиц, а в тяжёлых случаях с брутальными пацанами шел плюсом удар в челюсть. После знакомства с этой блондинкой мои нервы стали ее «качелями», которые она постоянно запускает в самую высь. Именно по причине своего нестабильного состояния даже Селине с Даном звонить не стал, а телефон на беззвучном где-то валялся. На подругу я тоже злился за беспечность вчерашним вечером, мог в лёгкую сорваться. Походу, правда, пора нервишки подлечить.

Анна тихо вернулась, протягивая мне стаканчик с шипучим содержимым. В глаза снова бросились синяки на её руке, отчего снова захотелось дать кому-нибудь в рожу.

- У меня тонкая кожа, синяки от любой ерунды появляются, – прокомментировала Аня мой пристальный взгляд.

Просто кивнул, так как слова девушки не успокоили, а, кажется, даже наоборот. Залпом выпил лекарство, вернул стакан и откинулся на подушки. Чёрт, что за парфюм у неё, как - то раньше не встречал такой, вкусный, что хотелось найти источник и проглотить целиком.

- Ложись здесь, – коротко бросил я, наблюдая за ней из полуприкрытых ресниц.

Анна осмотрелась вокруг и, не найдя ничего другого, кроме моей кровати, изумлённо посмотрела на меня.