Дерзкое предложение дебютантки

Всему этому может быть лишь одно объяснение: он ревнует.

— Ревнует? Эдмунд? — Джорджиана не могла в это поверить. Нет, просто он защитил ее, заметив ее реакцию на мистера Истмана и верно истолковав, что тот нашептывал ей скабрезности.

— Ах, как это романтично, — прощебетала Сьюки. — Все так считают. Строго говоря, единственный человек, до сих пор не верящий, что ты скоро выйдешь замуж, — это ты сама. — Сьюки захихикала. — Ну же, Джорджиана, прекрати нянчить свои мнимые недостатки! Наслаждайся перспективой стать женой графа и самой сделаться графиней. Дюжины женщин пытались поймать лорда Эшендена в свои сети. Молва гласит, что он не замечал их, даже когда они едва не бросались ему под ноги.

— И не заметил бы, поскольку его мысли заняты чем-то другим. — Например, открытием новых видов мотыльков или иными достижениями в области естествознания. — Ты-то откуда все это знаешь?

— Ну, Лотти и Дотти способны выяснить практически все, что происходит в обществе. Многие уверены, что лорд Эшенден влюблен в тебя.

— Влюблен в меня? — Джорджи всплеснула руками. — Просто чувствует ответственность, вот и все. Он сам мне так сказал.

— Хм… — Сьюки задумалась на мгновение, потом лицо ее снова просветлело. — Он может говорить что угодно, но его поступки куда красноречивее слов. А ведет он себя как по уши влюбленный мужчина. И потом. Ты определенно преуспела там, где многие более красивые, богатые и знатные девушки потерпели поражение. Неужели это ни о чем тебе не говорит?

— По-моему, он вообще не воспринимает меня как женщину. Должно быть, он до сих пор относится ко мне по-братски. — Ведь его зрение заволокло туманом из прошлого, о котором он говорил. — Или как к приятелю по играм, бегающему за ним по пятам, точно щенок, — угрюмо подытожила она.

— А ты хочешь, чтобы он видел в тебе женщину?

— Конечно, хочу!

Потому что Эдмунд для нее — тот самый, правильный мужчина.

— В таком случае следует показать ему, что ты больше не его приятель по детским играм, но женщина.

— И как мне это сделать?

— Ради всего святого, Джорджи! Я думала, это очевидно, — воскликнула Сьюки, указывая ей на грудь. — У тебя тут весьма весомый аргумент.

Джорджиана покраснела. Намекает ли Сьюки, чтобы она?.. В голове закружился хоровод мыслей.

Ведь только… потаскухи обнажаются перед мужчиной, чтобы соблазнить его. А ей вовсе не хотелось, чтобы Эдмунд так о ней подумал. Это вызовет у него омерзение, и она лишится даже дружбы, которую он ей предлагает. Тогда у нее не останется даже самоуважения.

О боже, что же ей делать?

В следующие несколько дней Джорджиана была слишком занята, чтобы искать ответ.