Дерзкое предложение дебютантки

 — Видя ее смущение, он поспешил объяснить: — В тот день у тебя в спальне я собирался сказать, что, если ты не найдешь подходящего мужа к концу сезона, я готов заключить с тобой фиктивный брак, который ты мне предложила. Вмешательство твоей мачехи несколько… ускорило события. — Он похлопал ее по руке.

— Но…

— Я пообещал, что всегда буду твоим другом. Хорош бы я был, если бы отошел в сторонку, спокойно наблюдая, как ты страдаешь.

— Н-не понимаю, — озадаченно отозвалась она.

— К тому моменту я восстановил большую часть событий, предшествовавших моей ссылке на острова. Я понимал, что в общем и целом ты осталась прежней: преданной и любящей. Ты не нарушила бы обещания, данного одинокому мальчику, которого отослали далеко от дома.

— Ни за что, — возмущенно отозвалась она. — Подозреваю, что и мачеха не понимает, каким пугающим это событие стало для тебя. В ту ночь она все мне рассказала. Видишь ли, графиня настаивала на необходимости сделать из меня достойную леди. Она выдала моей мачехе длиннющий список моих прегрешений, упомянув между прочим, как неподобающе девушке тайком переписываться с джентльменом.

— Но… мой наставник…

— Уверена, что именно он первым перехватывал наши письма. А моя мачеха была второй линией обороны. Если бы тебе каким-либо образом удалось отправить мне послание в обход своего сторожевого пса, она все равно не допустила бы, чтобы я его получила.

— Весьма действенная тактика.

— Мне очень хочется задать тебе один вопрос. Скажи, как отреагировала твоя матушка, узнав, что ей все же не удалось разлучить нас? Должно быть, пришла в ярость, что ее коварные планы рухнули?

— Ну, не так уж она и ярится, как ты воображаешь. Ведь я ей все растолковал.

— О, Эдмунд! — воскликнула Джорджи, и лицо ее просветлело. — Что ты ей сказал?

Ее обращенный на него исполненный доверия взгляд залечил его раненую гордость.

— Я просто напомнил ей, что делаю именно то, чего она ждала от меня с самого окончания Оксфорда. Она неустанно напоминала мне о моей обязанности продолжить род и не упускала случая подсунуть очередную благородную барышню.

— Да, я могу понять ее желание женить тебя на ком-нибудь. Но только не на мне. Зачем иначе она стала бы прикладывать столько усилий, чтобы разлучить нас?

— А! — Эдмунд снял очки и достал носовой платок, обдумывая, как лучше преподнести следующее признание. — Как оказалось, — сообщил он, тщательно протирая линзы, — опасалась она по большей части скандала, который мог разразиться в связи с нашим — или, по крайней мере, твоим — юным возрастом. Короче говоря, она не желала, чтобы наше семейное имя было запятнано появлением на свет незаконнорожденного ребенка, зачатого при отсутствии с твоей стороны понимания, что происходит.