Дерзкие игры судьбы

Но мне неплохо заплатили, чтобы я соблазнила его и впоследствии постаралась, чтобы об измене узнала леди Алисия.

Словно громом пораженные, мы уставились на эту змею в человеческом обличье.

— Работа. Обыкновенная работа, каждый зарабатывает, как умеет, — невозмутимо ответила та.

— Кто? — только и смогла выдавить я, хотя уже сама догадалась о возможном интригане.

— Ее королевское высочество принцесса Анна, — с улыбкой ответила вейла. — Вероятно, женская месть. Бывает. А теперь прощайте, девочки, и берегите себя.

Я смотрела вслед удаляющейся фигуре, переполненная негодованием.

Так вот кто виновен в бедах моей семьи!

Последующие дни напрочь стерлись из моей памяти. Знаю только, что стараниями тетушки Тилли король пришел в себя, а раны начали затягиваться. Дивея теперь уже смело заходила в его покои, покидая их только ночью. Давала лекарства, кормила жениха с ложечки. Даже собственноручно решила сварить Стефану бульон, но была позорно изгнана из кухни поваром после того, как сожгла его любимую кастрюлю.

Совет признал лорда Рогана виновным в колдовстве и попытке убийства главы государства, осудив на мучительную смерть. Берту суждено было сгореть на костре. В день объявления приговора ко мне пришла Атенаис и умоляла помочь спасти мужа.

— Лиандра, прошу тебя, посодействуй. Я знаю, Лукас тебя послушает. Пусть казнь хотя бы заменят на пожизненную ссылку. Мы могли бы продать имение и уехать в самый дальний уголок страны.

— Леди Роган, вы же знаете, сколько бед натворил ваш супруг. Собственноручно лишил жизни двух молодых девушек, погубил урожай, наслал несчастья на страну. Кто прощает подобное? Ни мне, ни Лукасу неподвластно изменить решение верховного совета, я и не хочу, чтобы он избежал ответственности за свои гнусные преступления.

Леди Роган заметно подурнела за последнее время. Огненно-рыжие волосы были убраны в скромный пучок на затылке, а лицо прикрыто плотной вуалью. На щеке все еще был отчетливо виден след от отметины, оставленной мужем. Безобразная рана уже не кровоточила и зажила, но шрам свести не удалось.

— Честно говоря, вы меня удивили, — призналась я. — Пришли просить за мужа, который вас изуродовал и пытался убить. Думала, вы еле терпите друг друга. Согласитесь, ваш брак был далеко не счастливый.

— А вы, Лиандра, как всегда спешите делать скоротечные выводы, — скривилась Атенаис. — Когда мы поженились, мне было шестнадцать лет, а ему — двадцать пять. Наш брак устроили родители, но я была безумно рада, что вышла за него. Кажется, более влюбленной дурочки, чем я, свет еще не видел. Бегала за ним, как собачка, высунув язык, внимала каждому слову, таяла по ночам в его объятиях. Я думала, что мои чувства взаимны, но жестоко ошиблась.