Дерзкие игры судьбы

Разве вам не хватало свободных мужчин, не обремененных узами брака?

— Мы оба стали жертвой, если можно так выразиться. Сначала для меня это была обычная работа, но потом я увлеклась и забеременела. Конечно, корила себя за невнимательность, позволила чувствам ненадолго захватить мой разум. Так появилась Дивея.

— Ты подсунула меня отцу и пошла дальше по жизни, легко меняя мужчин. Бьюсь об заклад, ты вспомнила о родном ребенке только тогда, когда узнала, что младшая дочь лорда де Мольмора выходит замуж за короля, — вскричала Дивея.

— Это была приятная новость, — мягко улыбнулась ее мать. — Молодец, девочка, чувствуется порода. Нечего мелочиться, если уж выбирать мужчину, так сразу короля.

— Лиандра, ты можешь понять, как я была потрясена, когда эта женщина явилась ко мне, обрушив на голову тайну моего рождения. Да еще настойчиво потребовала деньги. Мне пришлось отдать все свои драгоценности, лишь бы она держала рот на замке. Не решилась подойти к тебе и поделиться. Замкнулась в себе, переполненная обидами. Злость и ненависть сжигали изнутри, когда я смотрела на тебя. Сразу стало понятно, почему Алисия в детстве не хотела брать меня на руки, никогда не целовала перед сном, как тебя, не рассказывала сказки. Она была холодна, словно я была прокаженная.

Я обняла плачущую сестру за плечи.

— Я злилась на тебя, хотя ты совершенно ни в чем не виновата. У меня было две матери, и обеим я была не нужна.

— Ты нужна мне, я тебя люблю. — Я вытерла слезы своей сестренке.

Сколько лет она носила эту боль в себе! Представляю, как горько было малышке терпеть такое отношение. Я злилась на свою мать за то, что та срывала злость на невинном ребенке; на мать Дивеи за то, что, поддавшись порокам, родила ребенка и выкинула, как ненужную игрушку. Женщины порой могут быть очень жестоки.

— Не нужно было давать деньги этой шантажистке, — высказалась я.

— Она грозилась рассказать всем, что я грязный бастард и полукровка, недочеловек. Кто в своем уме возьмет такую в жены, тем более признает королевой. Но сейчас мне уже плевать, пусть делает что хочет.

— Вы слышали? Вы больше ничего не получите, убирайтесь восвояси. Король, вероятно, уже покинул нашу бренную землю.

— Да? Ну что ж, очень жаль, но, видимо, действительно придется распрощаться. Не хочешь поцеловать мать, прежде чем я навсегда покину Эктерию?

— Нет, — брезгливо поморщилась Дивея. — Убирайся и никогда больше не появляйся в моей жизни.

— Как скажешь, — равнодушно пожала плечами вейла и, развернувшись, хотела выйти из беседки, но я ее окликнула:

— Вы намекнули, что закрутили роман с моим отцом не по собственному желанию. Скажите, что это значит?

— Ничего особенного. Лорд де Мольмор, как ты верно заметила, не был лакомым кусочком в финансовом плане.