Дерзкие. Будешь моей

Выглядела растерянно и чувствовала, что оступилась.

— Значит, вот как мы поступим. Свадьбы не будет. Будет регистрация. Пройдет завтра. Я устрою. Ты заткнешься и будешь слушаться. А иначе вот эти чудесные фотографии придут твоей матери и Марте Вуйчик на почту, если угодно.

— Как ты…Где ты…Где ты взял это???

— О…Так ты ещё и знала…Дочь года…Пиздец ты конченная…

— Да пошёл ты! Что мне оставалось?! Если отец связался с этой…Я не могла сказать об этом матери! Он бы лишил меня всего! И ты не посмеешь, Глеб! Ты всё сломаешь!

— Ещё как посмею! Мне вообще похуй на твою семью, веришь, нет?

— Какой же ты козёл. Ненавижу тебя, Адов!

— Взаимно, курица. И ещё, — хватаю её за руку, выворачивая ту до хруста. — Чё это за парень, с которым ты ебалась? Откуда звук?

— Чего? — корчится она от боли. — Иди проспись!

— Бля, я же тебе руку сломаю сейчас. Говори!

— Ай! А! Всё. Я всё расскажу! Псих, отпусти меня! Глеб!.. — визжит в истерике. — Я пыталась с тобой! Но переборщила с дозой, вот и всё. Ты говорил в отрубе. Даже когда звонила твоя стерва что-то стонал во сне. Этим и воспользовалась. Пришлось использовать план «Б», потому что из-за передозировки ты был никакущим. Неспособным…Совершить…половой акт. И я позвала Владика.

Не сдерживая ржача смотрю на неё с отвращением. Вот ведь шизанутая стерва.

Естетственно, то, что они трахались возле меня — та ещё мерзость. Но лучше так, чем делать это с ней.

— Это не из-за передозировки, дура ты конченная. Это из-за того, что у меня на тебя никогда не встанет, тупая ты безмозглая шваль. Ты и пальца её не стоишь. И оставишь свою фамилию в браке, поняла меня? Поняла, блядь, я тебя спрашиваю?!

— Поняла, — цедит она сквозь зубы. — Удали эти сраные фотки!

— Когда надо будет, тогда и удалю. А сейчас сиди ровно на жопе и жди указаний, истеричка.

Разговор заканчивается так же победоносно, как начался. Видит Бог, если бы она ещё что-то выкинула, я бы её на куски порезал. И не посмотрел бы, что девчонка.

Остаётся решить всё остальное.

7 января мы с ней едем на регистрацию брака, а я всё время думаю о ведьме. Я потеряю целые сутки, вместо того, чтобы искать её… Это ломает меня изнутри. Но эта блядская регистрация должна состояться.

Уже там я буквально прокручиваю на перемотке слова этой странной женщины, которая пытается лепетать сущий бред о лодке любви, раскачивающейся на рифах суровых реалий, о двух лебедях, верность которых должна чуть ли не сниться нам во снах. Успеваю позевать и жду, когда весь этот грёбанный цирк уродов закончится. Даже кольцо надеваю себе сам. Не хочу её касаться в принципе. Мне эта побрякушка нужна ровно так же, как и сама новоиспеченная супруга. То есть — НИКАК.