Дерзкие. Будешь моей

Пока едем в его машине я пытаюсь сосредоточиться. Может и правду говорят, держи друзей близко, а врагов ещё ближе…Может мне что-то удастся узнать?

Паша не отпускает даже дойти до отеля в одиночестве, повсюду прётся за мной, как чёртов маньяк. А когда заходим в его дом, приговаривает:

— Тебе понравится. Я буду нежен. У нас всё будет хорошо.

И прочую мерзкую хрень, от которой меня буквально выворачивает. Я и поцеловала-то его тогда с трудом. Глеб прав. А представлять его своим парнем — выше моих сил.

Оставляю сумку в прихожей его огромного особняка. Снимаю верхнюю одежду и прохожу в гостиную за ним. Он мне всё показывает, при чём с таким энтузиазмом, будто реально считает, что мне может понравиться место, в которое меня привезли угрозами.

Хотя… С Глебом это сработало…Но там всё оказалось иначе.

Он сразу мне понравился. Буквально сразу. Как будто всё было уже предопределено. И я его полюбила. А это совсем другое…

— Что ты знаешь о свадьбе Беаты и Глеба? — пытаюсь зайти издалека. А он неприятно липко лыбится. Сейчас, когда знаю о нём правду, он стал ещё более отвратителен.

— А что я знаю? 8 января в Жан Реми, где и проходят все эти гигантские тусы тостосумов. Беата счастлива, как никогда. Расцвела на глазах за эти несколько дней, — давит он новостями. Я же хмурюсь. — Ты что думала, что его блядский нрав удержит твоя беременность? Это Адов. Знаешь сколько у него до тебя баб было? Пха…

— Я не спрашивала тебя об этом. Вообще неинтересно твоё мнение, — осекаю я его.

— А ты повежливее, Катюш, — он тянется ко мне, а я ворочу лицо, после чего меня внаглую прижимают к стене и чуть ли не коленом упираются в мою промежность. — С ним тебе нравится это делать, да? Нравится вот так?

— Отвали! — толкаю Пашу в грудь. — Не нарывайся! Лучше не трогай меня! — кричу на него и готова убить, если полезет и вдруг позволит себе лишнего. Кладу руку на вздымающуюся грудь. Так страшно, что сердце сейчас вырвется из груди.

— Извини, я не хотел грубо, — цедит он, рассматривая меня, и при этом его самого потряхивает. — Просто не понимаю, что ты в нём нашла.

— Всё, Паша. Я нашла в нём всё! Тебе такое и не снилось! — бросаю ему пренебрежительно. — Где будет моя комната?

Он выглядит крайне недовольным и расстроенным, но всё же ведёт меня в сторону одной из спален.

— И меня ты полюбишь, — будто заверяет он. — Рано или поздно, полюбишь.

Я даже комментировать это не хочу. Абсолютный бред. Думаю, если бы Глеб только узнал об этом…Он бы вырвал ему причинное место…Или и того хуже…Пашино тело обвели бы мелом прямо в его гостиной. Хотя непонятно, что хуже…"

"— Можно мне ноутбук или что-то вроде того…нужно матери написать, — объясняюсь я, и Паша сообщает, что в моей комнате как раз имеется таковой, цитируя: «Только без глупостей».