Дерзкие. Будешь моей

И я поверил, и Рус… И мама… Все мы всегда были для отца пешками на шахматной доске… Только вот на этот раз что-то не дало мне разыгрывать партию так, как он того хотел. Я собирался действовать иначе. Сломать всё, что он создал изнутри.

Оставалось одно — я не знал, как рассказать обо всём Русу. Как уведомить его о том, что его родной, блядь, сука…Отец! Убил его любимую женщину и сына в сговоре с тем выблядком!

А ещё, откуда не возьмись взявшийся Паша, с хреновой кучей бабла. Странно? Слишком, блядь, странно. Настолько, что у меня скрипели зубы, стоило его вспомнить.

Бесспорно, Катя — видная девочка, бесспорно, она охуенная. НО.

Откуда вдруг взялся такой новообразовавшийся жених? Раньше ни сном, ни духом…А тут, на тебе…Готовый принц на белом коне… Я уже достаточно хапнул, не хотелось снова ходить в дебилах.

Начал копать и под него. Выяснил, что разбогател он внезапно за месяц до нашего расставания…Разбогател странным образом. Сказочным переводом, свалившимся на него с небес с оффшорного счёта его предводителя.

Это был удар ножом в спину.

Папочка играл по грязному.

И вот…

В двадцатых числах декабря…

Она вернулась.

За месяц отсутствия в её соц. сетях не было ни одной новой записи…Зато я как малолетний щенок наблюдал за её братом, черпая какие-то жалкие обрывки с её смехом или голосом. Даже они заставляли меня трепетать. Давали хоть какое-то секундное расслабление, а потом боль от её потери накатывала с новой силой.

Не знаю, было ли это возмездием за мой ебучий поступок.

Наверное, да.

Поскольку я вёл себя как последний кретин.

Грубо, не по-мужски, несдержанно. А потом дико ужасно жалел.

Проснувшись на полу в унылом одиночестве, вспоминал как после её ухода катался по кабинету в агонии, запивая боль жгучим пойлом, пока вовсе не отрубился. Я, хоть и сразу знал, что магазин пустой и патронник тоже, но напугал её до усрачки…А это определенно не было целью, которую я преследовал. Я вообще не знаю, какой была цель.

Мне бы хотелось, чтобы внутри пули всё-таки были…Я фантазировал об этом в тот самый момент.

Чтобы мы оба оказались по ту сторону…Чтобы пропали те раздирающие чувства, которые поглощали меня изнутри.

Это была боль и потеря контроля над собой и своими эмоциями. Настолько сильная, что я реально мечтал умереть.

Затем отцовское фальшивое утешение… Беата под его крылом, которая всё не унималась.

«Я сделаю всё, что захочешь…Я влюблена в тебя уже три года, впервые как мне показали твоё фото».

Как можно, блядь, влюбиться по фото? Ты ебанутая?

Чем больше я её узнавал, тем сильнее она меня раздражала. Всё время вилась рядом. Постоянно лезла. Приходилось искать разные отговорки о занятости, да даже о употреблении наркотиков и как следствие — пол шестого рядом с ней. А изобразить это было как нехуй делать.