Дерзкая овечка, или Как охмурить своего босса

– Лерка, ты где? – завопила она не своим голосом. – Мы ж волнуемся.

– Оль, не тараторь, – ответила я, – со мной все в порядке. Ну… почти все… Я дома… Слушай, у тебя тоналка есть? Такая, чтобы синяк могла замазать?

– Синяк?! – ахнула подружка. – Ты куда встряла? Что произошло?

– Да ничего, просто встретилась с кулаками Андрюшиной бывшей жены. Подробности при встрече… Ой, погоди, у меня тут звонок на второй линии… Не бросай трубку, повиси, я быстро.

Брошенный на экран взгляд заставил мои нервы скрутиться в тугой узел. Петров!

– Да, Сергей Павлович, – деланно безразличным тоном проговорила я, приложив немало усилий, чтобы заставить свой голос звучать ровно.

– Как вы себя чувствуете, Валерия? – поинтересовался шеф, как мне показалось, довольно участливым тоном. Хотя, может, переживает за правовые последствия, усмехнулась я. Интересно, мои увечья можно приравнять к производственной травме?"

"– Так, будто меня вчера избили, – ответила я, не без удовольствия представив себе смущенное лицо Серпала. В том, что оно выглядит именно так, я почему-то не сомневалась.

– Простите еще раз. Я, собственно, поэтому и звоню.

– Что такое? Вашей подруге снова нужна боксерская груша? – Черти веселились от души, поэтому слова вырывались сами собой, помимо воли.

– Лера, я же извинился, – умоляющим тоном, так не вязавшимся с характером шефа, проговорил он. – В общем, вы можете пока не приходить на работу. Отдохните несколько дней, залечите раны. Чуть позже за вами заедет мой шофер и отвезет в клинику. Я договорился. Там вам сделают процедуры, ускоряющие заживление синяков и ссадин.

– Нет! – воскликнула я чересчур поспешно.

– Что значит «нет»? – удивился Петров.

Закусив губу, я мучительно размышляла о том, как объяснить начальнику свое жгучее, но совсем не естественное желание во что бы то ни стало оказаться на работе.

– Если вы о деньгах переживаете, – предположил Петров, – то напрасно. Разумеется, все эти дни будут оплачены, как рабочие. Я вам даже премию выпишу в счет компенсации морального вреда.

Ух ты! Аттракцион неслыханной щедрости какой-то! Только всех твоих денег не хватит, чтобы компенсировать мне причиненные душевные страдания. Да и в какой валюте оценить четырнадцать лет, вычеркнутых из жизни?

Увы, но Петров не оставил мне не единого шанса. Придется, видимо, подчиниться.

– Вот и славно, – словно угадав мои мысли, – проговорил начальник.

– Простите, – вспыхнувшая в мозгу мысль заставила сердце ухнуть в пятки, – а кто будет исполнять мои обязанности?

Вопрос не праздный, учитывая, что разговоры Петрова записывались на мой ноутбук. Обычно в конце дня я сливала их на флешку, а с жесткого диска удаляла. Вчера, впрочем, так сделала. Но вот балда – забыла изъять съемный носитель.