Держи меня, Земля!

Хотя Лере-то о чём уже беспокоиться? И нравы не те, и погоды стоят не те, чтобы долгими зимними ночами мёрзнуть одной в холодной постели. Каких только нелепых оправданий не подсказывал изворотливый мозг, чтобы прекратить эти её страдания, чтобы найти лазейку и проскользнуть.

Лера чувствовала себя сладкоежкой на жёсткой диете. И жизненно необходимо сбросить лишние килограммы, и нестерпимо хочется кусочек торта. И надо бы остыть и не делать никаких телодвижений на больную голову, и нет сил опять жить без Кирилла. Одно только успокаивало — внутреннее ощущение правильности принятого решения.

Так, ненакрашенная, с опухшими глазами, и приехала на работу. Плевать! Пусть думаю, что хотят. И вообще сегодня короткий день. Досидеть бы как-нибудь до обеда, а там типа по клиентам — и срулить домой."

"Практически все так и сделали, и только они с Дашкой послушно несли предпраздничную вахту. Лера и сама сидела расстроенная, но Дашка выглядела ещё хуже. Всегда энергичная и плюющая в лицо всем невзгодам Дашка — вдруг тоже без макияжа с опухшими класными глазами. Лера не смогла остаться в стороне.

— У тебя что-то случилось? — спросила она осторожно.

— А у тебя? — огрызнулась та.

— Ничего особенного, — пожала плечами Лера.

— И у меня ничего. Особенного.

«Ну, вот и поговорили», — не стала настаивать Лера на откровенности. Но Дашка посидела, молча и отрешённо уставившись в монитор, и вдруг подняла голову.

— Ты меня ненавидишь, да?

— Я?! — опешила Лера. И чуть не выпалила: «За что?»

«Ах, да, Артём!» — вовремя вспомнила она. И удивилась, что даже стала забывать думать о бывшем муже.

— Нет, — уверенно покачала она головой, отвечая на вопрос.

— Но ты же знаешь, да?

— О чём? — на всякий случай спросила Лера. С этой Дашкой никогда не знаешь, чего ожидать.

— О том, что он в больнице?

— Кто? — испугалась Лера, но подумала почему-то про Витю. Память со скоростью киноплёнки откручивала назад вчерашний вечер. Как он шутил, как уезжал сытый и довольный.

— Артём, — ошарашила её Дарья.

— В больнице?! — Лера хлопала глазами, пытаясь осознать услышанное. — В какой больнице? Почему?

— Он сорвался с опоры. Его вчера на санитарном вертолёте привезли. Мне вечером Павлик позвонил.

— О, боги, — Лерино сердце отправилось вскачь бешеным галопом. — Но почему Павлик не позвонил…

Лера не успела задать вопрос — сама же на него ответила: «Потому что я Артёму больше не жена. Поэтому мне и не позвонили».

— Что с ним?

— Перелом позвоночника, повреждения внутренних органов. Он в коме.

— О, боже! — Лера встала, не в силах усидеть на месте. Она и стоять-то не могла. Стала натягивать сапоги, одной рукой держась за грудь: её сдавило, словно поставили сверху и молот, и наковальню. — В какой он больнице?

Дашка ответила и вдруг заплакала.