Держи меня, Земля!

И если она могла бы сейчас скрестить пальцы на удачу, то скрестила бы все: и на руках, и на ногах. «Пожалуйста! Пожалуйста! Пусть это случится!» — умоляла она, подсчитывая, что сейчас самые «залётные» дни её цикла. Пусть, если ей суждено от него забеременеть, — это случится. Она хочет ребёнка. И пусть провидение решит за них.

Наверное, их желание было слишком обоюдным. И слишком сильным. Они не спали всю ночь, боясь упустить этот шанс.

— Я не уверен смогу ли ещё, — тяжело дышал Кирилл, весь мокрый и еле живой, уткнувшись лбом в подушку. Но потом опомнился и переложил эту саму подушку под Лерины ягодицы. — Надо поднять, повыше.

— Ты сумасшедший, — У Леры не было сил даже возражать.

— Я хочу этого ребёнка. Невозможно хочу, — он лежал бревном на кровати, но его рука всё ещё лежала у Леры на животе. — Господи, пожалуйста, пусть он будет!

— Прекрати, — выдохнула Лера. — Всё! Спать! Тебе лететь, мне — на работу.

— Нет, нет, нет, — придержал он её рукой, не давая даже перевернуться. — Ты на больничном. И тебе надо весь день лежать. Хотя стой! — он резко сел в кровати. — Какое лежать. Собирайся!

— Что? — Лера лениво открыла один глаз. — Куда?

— Всё хватит. Ты летишь со мной.

Он подскочил. Включил свет. Лера закрылась рукой. Но он, кажется, не остановился ни на секунду.

— Кирилл, ты хоть шторы закрой, — когда глаза привыкли к яркому свету, Лера улыбнулась тому, как браво Кир разгуливает по комнате без штанов. — Второй этаж всё же.

— Да кому я там нужен. Ночь, — отмахнулся он, доставая из шкафа чемодан. — С трудом представляю, что тебе может понадобиться. Я вот три дня в одних штанах и ничего.

— Ты серьёзно? — приподнялась на локтях Лера, и он погрозил ей пальцем:

— Лежать! Но ты права, к чёрту этот чемодан, — он почесал сильно отросшую за эти три дня щетину.

— Кирилл, — Лера тихонько похлопала ладонью по кровати. — Иди ко мне.

Он непослушно помотал головой, но она постучала настойчивее.

— Кого я обманываю, — он обречённо упал рядом с на кровать. — Ты не полетишь, да?

— Не сейчас, — взъерошила Лера его волосы и всё же повернулась на бок. — Я так не могу, как ты. Всё бросить, сорваться, в чём был.

— Нет, Лер, я не об этом, — он сгрёб её в охапку, прижал к себе. — Ты не хочешь. Больше не хочешь. Я чувствую. Ты отстраняешься. Ты ускользаешь.

— Мне просто нужно разобраться в себе, — выдохнула она в его жёсткое плечо.

И он только кивнул и ничего не ответил.

Глава 37

Лера не поехала провожать Кирилла в аэропорт.

Долгие проводы — лишние слёзы. А Лера и так проплакала всё утро, вдыхая запах, оставшийся на подушке. Она ругала себя на чём свет стоит и за то, что заупрямилась, и за то, что трусиха. Хотя вот что? Что её здесь держит? Что вообще её держит? Упёрлась как благочестивая Джейн Эйр.