Двойной латте в дождливый день

А сейчас я скрывала звонок с британского номера и собиралась скрыть последний. От папы. Я была не готова все бросить и снова переехать. Не в этот раз.

– Нет, что ты. Рэйден бы не обидел меня. Я правда не знаю, что случилось. Просто спускалась по лестнице, и вдруг перед глазами начало темнеть. И вот… – Я не выдержала и отвела взгляд, но она это заметила.

– Ты точно ничего не хочешь мне рассказать?

Мне до сих пор было страшно. Тело прошиб холодный пот.

Отец знал мой номер, а значит, и мое местоположение не было для него секретом. А что, если он сейчас в городе? Что, если он заявится домой к маме или ко мне в общежитие? Или же прямо сюда? Однако какая-то часть меня, запрятанная глубоко-глубоко внутри, – та маленькая девочка, которая любила вместе с папой кормить уток в парке, – хотела этого. Ждала.

Ее плечи немного расслабились, и она мягко улыбнулась:

– Ну хорошо. А то я уже собиралась поколотить твоего красавчика. Хотя парочка оплеух ему не помешала бы. Он ужасно раздражал меня в коридоре своей дурацкой привычкой грызть ногти, но готова простить его, если он делал это из-за переживаний за тебя.

На несколько секунд головная боль отступила.

– Да, приехал с каким-то татуированным рокером-оборванцем. С такой-то внешностью ему надо бы идти в кейпоп.

Я болезненно поморщилась:

– Только при нем такого не говори. Зак не любит, когда его сравнивают с айдолами.

– Ты его знаешь? Мне не нравится, что ты водишься с такими сомнительными ребятами. Он наверняка наркоман и толкает дурь студентам.

Ну все. Маминой мягкости надолго не хватило.

– Мам, этот сомнительный парень – настоящий компьютерный гений. Он учится на полную стипендию, работает с детьми и чинит технику других студентов. Мои наушники вообще бесплатно починил. Зак хороший. Не надо судить его только по внешности.

Я уже приготовилась к маминой гневной тираде, как я посмела ей указывать, что и как говорить, но она лишь недоверчиво фыркнула и поднялась с кресла.

– Ладно, я отпросилась с работы только на пару часов, мне уже пора. – Она наклонилась и поцеловала меня в лоб. – Я приглашу сюда твоего богатенького Ричи. И даже не проси называть его иначе.

Я усмехнулась. То, что мама не выставила его из клиники, уже дорогого стоило, поэтому Рэйдену придется стерпеть очередное прозвище от семейства Харт.

Не успела дверь за мамой закрыться, как в палату заглянул Рэйден. На короткое мгновение все мои волнения и тревоги улеглись, а на душе стало так тепло, будто я выпила горячий глинтвейн. Рэйден опустился в кресло, в котором сидела мама, и, сжав мою руку, поцеловал в губы.

– Кнопка, как ты? – спросил он, глядя на меня со смесью нежности и тревоги.

– Все хорошо, голова только болит.

– Что случилось, Айви? Все ведь было в порядке, когда ты уходила.