Проект Деметра

И вот идешь ты с этой инфой, несешь ее и думаешь, а тут бац и лиссер на взлете по тебе прошел. У тебя минута жизни в запасе и есть возможность, кому-то что-то сказать. Что и кому скажешь?

– Ну, – задумался. – "Простите".

– Или – "жаль", "люблю", – вставил Самер.

– Во-от. А Эра, заметьте, будущая мать, влюблена, любима и шепчет последним, что ее дорогой, кого-то убил. На хрена ей в последний миг копаться в его прошлом? А нафиг не надо, само в ум не войдет, если не одно, – Вейнер помолчал осмысливая пришедшее на ум и даже головлой закачал до того тошно сделалось. – Если эти слова важнее всего остального, – выдал с трудом. – Если от них уже не ее жизнь зависит. Она. Нас. Предупредила.

Выдал односложно, глядя в глаза Самеру и сам оглушенный выводом. Тот же вовсе к скале отодвинулся, лицом закаменел.

– Это выходит… Эрлан для нас опасен? – с трудом выговорил Радиш, не в состоянии поверить, не то что – принять.

– Стефлер, господин спирит, Стефлер для нас опасен. А Эрлан с ним связан и вызвал его сюда. Они как светлый со стражем – светлый – Стефлер, страж – Эрлан. Один – хозяин, другой – верный слуга.

– Чушь, – бросил Самер. – Он бы привел нас напрямую к нему. Нет проблем – мы все едино ничего не знали.

– Нет! – Вейнера закрутило – голову огладил, вскочил. – Нет! Эрлан и Стефлер заодно, Эрлан выполняет, приказав Стефлера и в курсе дел, но, ни словом не обмолвился. И привел нас именно сюда! Значит, не мог в Тоудер.

– Извини, но сюда вас привели мы с Самером, – напомнил Радиш скромно.

– Да факт не в этом, а в том, что он не повел нас в Тоудер, значит было нельзя, значит, Стефлер не был готов нас увидеть. Или кого-то из нас. Почему? – вот главный вопрос.

– Есть еще один – приедет ли он сюда?

– Именно. Возможно, он вообще не хочет нас видеть, не хочет, чтобы мы знали, то что узнали. И опять тот же вопрос – почему?

– Это как-то широкоформатно, по-моему. Закручено-заверчено, а на кой? – скорчил недоумевающую рожицу Радиш.

Вейнер повел плечами. Сунул руки в карманы и уставился на скалу:

– Если б Эра была жива. Если б… – и так тоскливо стало, что хоть вой. – Как вы думаете, может Эрлан прав – она просто спит? – протянул тихо.

Самер вздохнул и поморщился – если бы да кабы…

– Она мертва. Я видел ее, – так же тихо ответил Радиш.

– Мертвая, а все заботится, – и это было непостижимо его уму.

Его всегда коробили слова "уникальный, удивительный", потому, что знал, что разложи на составные и получишь – "банальный". Нет чудес с мире, есть желание верить в них. Но как в насмешку над убогим человечком и его мнением, судьба свела его с такими людьми которые не поддавались объяснению и никак не вкладывались ни складом характера, ни принципами в слово "банальный". И это было настоящим чудом.