Проект Деметра

– У кого изначальная мать хоть крошку взяла – тому на долгую счастливую жизнь обрекла. Теперь меня смерть стороной обходить будет, враги не страшны, болезни – мимо. Можно смело семью заводить, точно зная, что дети будут, да еще здоровы и счастливы.

Эра обернулась – та женщина улыбалась, как и мужчина, у которого Ведовская яблоко взяла. Им к ногам складывали то, что изначальной привезли.

Девушка на Эрлана вопросительно покосилась.

"Так положено", – улыбнулся он ей: "Подношения светлой отдают тому, у кого она что-то взяла, и тем удачу и неприкосновенность себе приманивают".

Эра плечами пожала – замысловато, и к лошадям пошла:

Лет дорогу Эрлану преградил, пока девушка не видит, посмотрел серьезно:

"Понимаешь, что теперь будет"?

"Да", – посмотрел на него прямо. А в душе дрогнуло, и сомнение появилось – сможет ли?

"Эберхайм вас в покое не оставит".

Эрлан и без Робергана это знал.

"Едем. Там все и решим".

Как ночь прошла, так и утро не задалось. Сидели за столом, как потерянные, а чего вдруг – сами не понимали.

В комнату вчерашний незнакомец вошел, сел на место Лой и мужчины дружно уставились на него.

– Пока Эрлана нет, я буду вместо него, – заявил тот безаппеляционно и миску с кашей к себе придвинул.

– А ты кто? – спросил Шах, раздражаясь. Наглец ему еще вчера не понравился, и хрен с ним, шатался бы просто по лагерю. А он на командующую должность нацелился – смотри-ка, хваткий какой. – Не много на себя берешь?

– В самый раз, – заверил.

Радиш щеку подпер, разглядывая стоящие у висков дыбом волосы, явно не раз перебитый нос.

Самер окинул меланхоличным взглядом:

– Имя-то у тебя есть, "в самый раз"?

– Ничего имечко,?- бросил, и кусок хлеба в рот отправил.

– Угу – Чингачгук – большие яйца, – резюмировал Шах.

Мужчина уставился на него и Вейнеру, как наяву показалось, что тот со всего маху ударил его по затылку, обмакивая физиономией в кашу.

– И кто ты? Не из развенчанных стражей, случайно? – спросил, лишь предполагая – волосы у висков дыбом навеяли. Так косицы, которые у каждого стража от висков сплетены, обрежь под корень, и будут волосы топорщится, как начнут расти.

– Угадал, – не смущаясь ответил Займер.

– Интересно, – уставился на него Самер. – Насколько нам известно, стражей лишают их права только за большие проступки.

– Мои поступки не тебе судить – за свои отвечать научись.

– О, как! – хмыкнул мужчина и к пище вернулся – ровно ему стало на новоявленного начальника. Радиш тоже интерес потерял. Молоко выпил и встал:

– Чего там забыл? – полюбопытствовал Сабибор. Радиш неопределенный взгляд на того бросил и мужчина поднялся:

Оба вышли, даже не взглянув на Шаха. Тот оттолкнул миску – аппетит мигом пропал.

– Худо изгоем быть? – усмехнулся Займер.

– Не твое дело. И по себе не суди.