Дело – труба!

Леня одной рукой отстегнул свой ремень, а другой достал из кармана небольшой плоский пистолет.

– Смотрите, Барсуков, чтобы без фокусов! Если что – буду стрелять на поражение!"

"Леня Маркиз, как уже было сказано, не любил насилие в любых его формах и проявлениях. Он считал, что насилие – это удел людей недалеких и примитивных, а умный человек может решить любую проблему при помощи интеллекта. Не любил он и оружие и практически никогда им не пользовался. Практически – поскольку иногда все же возникали ситуации, когда оружие требовалось, когда обойтись без него было невозможно. Вот и сегодня, вызвав Ухо на встречу в образе сержанта Ухорылова, он попросил его прихватить пистолет и незаметно взял его у приятеля перед тем, как расстаться.

– Да какие фокусы! – проворчал Барсуков, вылезая из машины. – Я себе не враг… зачем мне ссориться с полицией?

– То-то!

Барсуков подошел к железной двери, набрал на табло код и, открыв дверь, пригласил Леню:

– Заходи, майор! Хочешь – иди первым…

– Ну уж нет! Только после вас, Барсуков!

– Что – сильно вежливый?

– Нет, предусмотрительный. Вдруг там у вас ловушка какая-то приготовлена.

– Какая еще ловушка?

– Кто вас знает, Барсуков! Я войду – а на меня кирпич свалится… или что похуже…

– Да какая ловушка, майор! Я себе не враг! – повторил Барсуков, но больше спорить не стал и вошел в дверь. Маркиз последовал за ним, держа Барсукова на прицеле.

Войдя в помещение, Барсуков включил свет и повернулся к Лёне:

– Вот тут у меня, значит, вроде как мастерская. Дверь-то закрой, майор, а то тут всякие любопытные во дворе шляются, могут увидеть, чего не надо. А нам это ни к чему.

Леня закрыл за собой дверь и огляделся.

Они оказались в длинном и узком помещении наподобие гаража. По стенам этого помещения тянулись стеллажи с какими-то ящиками и коробками, у дальней стены стоял верстак, на котором лежали слесарные инструменты и какие-то детали, пол рядом с верстаком был закрыт куском ковролина. Под потолком горел люминесцентный светильник, рядом с верстаком находился небольшой шкафчик, выкрашенный зеленой масляной краской.

К этому-то шкафчику и направился Барсуков.

– Никаких резких движений! – предупредил его Маркиз, поведя стволом пистолета.

– Да ладно тебе, майор! Что ты такой нервный? Я же себе не враг! – с этими словами Барсуков медленно открыл шкафчик и достал оттуда початую бутылку водки и два стакана.

– Я думал, Барсуков, вы документы достанете… – разочарованно проговорил Маркиз.

– Что же, я их на самом виду держу? – Барсуков поставил бутылку и стаканы на верстак. – Будешь?

– Не буду. Я при исполнении и вообще не пью с оборотнями в погонах! Или без погон.

– Фу-ты ну-ты! – усмехнулся Барсуков.