Дело сибирского душегуба

Словно не было этих семнадцати лет — лишнее отрезали, и состыковались два временных отрезка. Я таращилась на этот крюк, по коже головы бегали мурашки, я куда-то уплывала. Боль в привязанных к крюку запястьях была почти настоящей, я ее чувствовала! Я снова была напуганной маленькой девочкой. Извивалась, пытаясь выбраться из неудобной позы, отбила коленку о каменный пол, врезалась в стену плечом. Встала на дрожащие ноги, стала локтем задирать школьное платье. Что там лежало в кармане?.. Точно, скрепка… Я переживала события практически в метре от реальности! Два мира соприкоснулись — прошлое и настоящее…"

"Детские воспоминания были яркими, эмоциональными и захватили меня полностью. Туманов приводил меня в чувство, но я не желала возвращаться в настоящее. Он упорствовал.

— Ладно, все, — я глубоко вздохнула, передернула плечами. — И что за привычка, Михаил Сергеевич, светить прямо в глаза? Вас чему там учили на юридическом — пыткам во время допроса?

— Ну, знаешь ли, — он выдохнул. — Ты меня напугала. Что это было, Маргарита Павловна? Привидением заделались?

— А вы догадайтесь, Михаил. Маньяка мы с вами не выявили, но это то самое место, где меня держали.

— Ты уверена?

— Перестань, — ко мне вернулось раздражение. Потянуло на свежий воздух. — Тот самый подвал, в нем ничего не изменилось, кроме того, что он сейчас находится в аварийном состоянии. Я по-прежнему убеждена, что останки находятся здесь. Ищите, Михаил Сергеевич…

Я совершенно не думала в тот момент, что предлагаю майору поискать труп его собственной сестры. Только потом, сидя во дворе на бетонной плите, сообразила, что могла бы и помягче. Улеглось возбуждение, стало прохладно. В подвале возились люди, перекликались. Подъехала машина, мужчины в комбинезонах извлекали из кузова какие-то инструменты, приборы. Начиналось «таинство». Кто-то кричал, чтобы работали осторожнее — одно неверное движение, и все провалится к едрене фене! Я сидела на улице, тосковала, мне было холодно. Тенью отца Гамлета слонялся по двору милиционер — видимо, получил приказ охранять тело. Туманов ни разу не подошел, но я прекрасно его понимала. Милиционер принес из патрульной машины форменную фуфайку, набросил мне на плечи. Я слабым голосом выразила благодарность. Потом он снова подошел, сказал, что не может на это смотреть. Почему бы мне не пройти в машину, где включена печка? Почему-то подумалось, что он ухаживает за мной. Но нет, просто оказался хорошим человеком. Я залезла в машину, согрелась в тепле и задремала, а он ходил по кругу, выполняя свои обязанности.

Из дремоты вывел шум. Я приоткрыла треугольное окошко, смыкающееся с основным. В подвале что-то происходило. Доносились крики: «Нашли! Здесь что-то есть!» Снова начинался нездоровый зуд.