Дело сибирского душегуба

Вдоль дороги — плакат на столбиках, «Слава КПСС», или что-то в этом духе… Или еще ВКП(б) была? — я невольно задумалась.

— Твоя политическая безграмотность просто обезоруживает, — вздохнул Хатынский. — С 1952 года — КПСС. В пятьдесят девятом году трудящиеся горячо поддерживали решения XXI съезда партии.

— Да, наверное, — я смутилась. — Покровское шоссе. Никого тогда не нашли. Прочесывали склады, подвалы — но не усердствовали. Знали бы про трупы — проявили бы больше рвения. Уверена, где-то там преступник и спрятал тела.

— Ты же не хочешь сказать, что преступник вернулся через семнадцать лет? — насторожился Хатынский. — Прости, но это глупо.

— Согласна, — кивнула я. — Глупее некуда. Но это так. Это он, Виктор Анатольевич, я чувствую. И не надо звонить в психушку. Да, уже не молод, но еще крепкий и дееспособный, так сказать. Где он был семнадцать лет, надо выяснять. Не думаю, что сидел. Ведь понимает: это элементарно — выявить тех, кто в нужный период загремел на долгий срок, и взять на заметку. Мог и прекратить убивать, почему бы и нет? А теперь сорвался. Мог сменить место жительства, а потом вернуться. Могли измениться личные, семейные обстоятельства, мог заболеть. Нужно выяснять, случались ли в других регионах подобные преступления. Раньше девочки просто пропадали. Он их держал у себя в подвале, по лесу не разбрасывал. Сейчас у него нет надежного логова, поэтому мы нашли труп. Нужно форсировать расследование, Виктор Анатольевич, привлекать все силы. Найти останки Оли и Кати, известить родственников. Теперь мы точно знаем, что они мертвы. Во всяком случае, я это точно знаю…

— Во-первых, твое озарение никакой не документ, — в принципе, справедливо заметил Хатынский. — Никто не позволит нам делать выводы на основе твоих детских якобы воспоминаний…

— Так ищите тела! — воскликнула я. — Район известен — помогу. Не факт, что он вытаскивал их в лес, чтобы зарыть. Это риск даже в безлюдном месте. Тела могут выкопать собаки, найти дети. Уверена — они до сих пор в подвале. Кирки, ломы, перфораторы — мне вас учить, что делать? Найдутся тела, и эти два дела можно объединять…

— Поучи нас, как выполнять работу, — проворчал Хатынский. — Допустим, я тебе верю. Люди Горбанюка обязаны об этом знать. Этот чертов приезжий тоже должен знать. Представляю, какая вонь пойдет, если мы утаим от него эту информацию. Поручу-ка это дело тебе.

— Как скажете, товарищ подполковник. Но не рассчитывайте, что сразу побегу исполнять ваше поручение. Раздражает меня этот тип. И еще одно, — я собралась с духом. — Об этом никто не говорит, мы эту тему старательно обходим. Над Диной Егоровой маньяк надругался в пятницу вечером или в ночь на субботу. Сегодня понедельник.