Дело Аляски Сандерс

– Можете мне посоветовать какой-нибудь ресторан? – спросил я. – Умираю с голоду.

– “Луини”, – без колебаний ответила она. – Просто отличный итальянский ресторан. Мой любимый.

– Спасибо, Лорен. До скорого.

Я повернулся, сделав вид, что направляюсь в ресторан, хотя не имел ни малейшего представления, где он находится.

– Не туда, – со смехом сказала она.

Я развернулся на сто восемьдесят градусов.

– У них сейчас все равно народу полно, вам ни за что не дадут столик. А мне дадут.

– Хорошо быть копом?

– Нет, я забронировала.

– Могу разделить с вами столик, если вы не против, – предложил я. – Обещаю, что вести со мной беседы вовсе не обязательно.

– Что ж, по-моему, предложение честное, – задорно ответила она.

За время своих поездок и турне я имел случай и счастье повидать довольно много итальянских ресторанов. “Луини” в Маунт-Плезант, на мой взгляд, один из лучших – наряду с миланским “Салумайо ди Монтенаполеоне”. В Нью-Гэмпшир стоит заехать хотя бы ради него. Расположен он на тихой улице, занимает первый этаж какого-то промышленного здания, судя по всему, бывшей типографии. Невероятный внутренний дворик украшают гортензии и развесистая липа с благоухающими цветами. Завершает убранство фонтан. Свечи привносят во все это романтическую нотку.

– С кем ты собиралась тут ужинать? – спросил я, пока хостес усаживала нас за столик у бассейна.

– Не с тобой. Когда-то я часто ходила сюда с братом.

– Он сегодня вечером занят? – спросил я с притворным простодушием.

– Мой брат… с братом все сложно. Короче, каждую пятницу, если нет дежурства, я ужинаю здесь.

– Одна?

– Я бы сказала, сама с собой. Это не одно и то же.

Я думал было вернуться к теме брата и разговорить ее, но она явно не была готова к задушевным беседам, и мне не хотелось ее торопить. Мы попросили вина и быстро перешли к менее серьезным предметам – любимым книгам, фильмам, телесериалам. Вечер получился приятный, чуть игривый. Мы неявно, обиняками флиртовали.

Поужинав, мы еще долго сидели в ресторане. Ночь была теплой. Пара лишних бокалов располагала к откровенности.

– Почему ты решил стать писателем? – спросила Лорен.

– Из-за кузенов.

– Как это?

– Из-за того, что с ними случилось, – лаконично ответил я. – А ты почему решила стать копом?

– Из-за брата.

– Что с ним?

– Долго рассказывать.

Она глотнула вина, и я вдруг заметил у нее на запястье часы – роскошные часы швейцарской марки, с золотым корпусом и браслетом из крокодиловой кожи.

– Красивые часы, – сказал я.

– Были брата. Да его и остаются.

– Твой брат умер?

– Сидит, – наконец призналась она. – Уже одиннадцать лет. Неохота про это говорить. Хочешь мороженого?

Она явно уклонялась от разговора. Надо было завоевать ее доверие.