Дело гастронома № 1

Еще подходя к дверям своей приемной, Беркутов услышал оттуда игривый голосок Кости, своего сына. Дверь же в приемную была чуть приоткрыта. Георгий Константинович на мгновение остановился у двери.

– Вообще-то твой обожаемый артист не мужской ориентации! – рассмеялся Костя.

– Как это не мужской?! – послышался недоуменный голосок Люси. – Но он же такой крепкий, плечистый!..

Костя что-то зашептал ей, видимо, на ухо, и Люся от души засмеялась.

– Боже мой, какой ужас! – выпалила она.

Беркутов не выдержал, вошел в приемную. Люся смолкла, а Костя, стоявший позади Люси и обнимавший ее за плечи, резко отошел от нее и церемонно поклонился отцу.

– Привет, Костя! Ты ко мне?

Костя взглянул на Люсю.

– Да нет. Решил пригласить вот Людмилу Евгеньевну на премьеру в Малый театр, а у нее прямо-таки архинеотложные дела. Я в немалой степени был огорчен!

Он развел руками, взглянул на часы. Люся была рада этому его огорчению и загадочно взглянула на Беркутова, надеясь, что тот оценит ее верность. Но Беркутов был озабочен другим.

– Зоя звонила? – спросил он у Люси.

– Да, доехала благополучно, сообщила, что у нее все нормально, оставила телефон своего номера в гостинице, где остановилась, – отрапортовала Люся.

Она передала Георгию Константиновичу бумажку с телефоном. Беркутов взял его. В приемной зазвонил телефон. Люся бросилась к нему, взяла трубку.

– Приемная Беркутова, вас слушают!..

– Увы, мне пора! – Костя хоть и расплылся в ласковой улыбке, но она вышла натянутой. – Увы, меня заждались в Госплане, пора подводить первые итоги по Продовольственной программе. Без меня не подведут! Маман шлет вам нежные приветы!

Он отдал всем изящный поклон, не торопясь уходить. Беркутов кивнул сыну:

– Маме тоже передавай привет.

– Зашел бы как-нибудь, – весело бросил в ответ Костя. – Вместо привета!

– Одну секундочку!.. – воскликнула Люся. – Вас просят к телефону, Георгий Константиныч!

– Я возьму у себя! Пока, сынок! Заходи, не забывай!

И он прошел к себе в кабинет.

Полковник, войдя в свой кабинет, устало плюхнулся на кресло, а Боков бросился наливать ему кофе. Быстро переложил на его стол и блюдце с пирожками.

– Кофеек только что вскипел! – засуетился он. – Два пирожка с ливером и два с зеленым луком и с яйцами, я знаю, ты их тоже любишь! Садись, перекуси!

– Спасибо, ты настоящий товарищ! – обрадовался Скачко. – А то помираю с голоду.

– Но кофе горячий, осторожно!

Полковник взглянул на часы, взял пирожок, с жадностью стал есть, даже промычал что-то от удовольствия. Пододвинул чашку с кофе, бросил две ложки сахару, взглянул на Бокова.

– Ты извини, но генерал сразу же отмел твою кандидатуру, и в Кострому приказал ехать мне. Не знаю, что на него нашло, – он поморщился. – Но, может быть, это и к лучшему.