Чисто семейное дело

 — Интересно, в какой разведке мой красавчик служит? Российской, судя по всему, вряд ли. Австрийской? Да на кой черт им наши секреты, они пасут овечек на альпийских склонах и радуются расстоянию, нас разделяющему. К тому же разве в ихнюю разведку возьмут неарийца? Им потом старина Гитлер в кошмарах будет являться. Позорить родину героя. Он же еврей… Точно. Значит, Моссад. А что, весьма удобно — свой человек в центре Европы, если чего понадобилось — прошу любить и жаловать: Илья Абрамыч — с лупой на лбу, потомственный ювелир и часовщик! Гнида. Как только таких земля носит… Неужели у него и правда родители есть? Такие твари, наверное, из земли рождаются, как гады». Обида снова захлестнула жгучей волной. «Чтоб ты сдох!» — послала она в его адрес очередную партию проклятий. Телефон наконец затих.

«А не выпить ли мне?» Даша ногой выдернула пробку из ванны и, не дожидаясь, пока вода с громким бульканьем уйдет, вылезла наружу.

Накинув халат, она прошла в гостиную, налила большую рюмку коньяку и, не раздумывая, выпила одним махом. Внутри потеплело. Наполнив на всякий случай бокал еще раз, молодая женщина вернулась в спальню, удобно устроилась на пуфике перед любимым зеркалом и принялась размышлять.

С чего такое расстройство? Хотела приключений? Так на, получи их целую кошелку. Подумаешь, проблема — красавчик брюнет оказался шпионом Моссада. Так если бы там уроды работали, могли бы они арканить таких вислоухих дур, как она? Радоваться надо за успехи ближних. Ему, может, за это медаль дадут, или чем там их награждают…

Снова затрезвонил телефон. Даша меланхолично обратила затуманенный взор на кусок бездушной серой пластмассы. Вот, пожалуйста, раньше ей звонили максимум два раза в день: муж да Ольга, когда любовник был занят. Зато сейчас звонки просто не утихают.

— Слушаю.

— Даша, это Полетаев, у меня неприятная новость: Соломон Ольсен убит. Вероятно, нелепая случайность, убийство с целью ограбления. У него была дорогая аппаратура, фотоаппарат, видеокамера, переносной компьютер. Он уже собирался покидать гостиницу, чемоданы были упакованы, преступникам даже не потребовалось собирать вещи. Там как раз закончилась конференция, в холле толпились десятки людей, и, разумеется, никто ничего не заметил. Вот так.

У Даши пересохло во рту. Впервые за эти два дня она действительно испугалась. Какая, к черту, случайность, просто не хочет ее пугать.

— С вами все в порядке?

— Почти, — голос прозвучал неуверенно.

— Я сейчас к вам приеду, не возражаете? Будем трясти ваш компьютер, может, письмо Ольсена сохранилось. Сейчас это единственная возможность за что-нибудь зацепиться. Я еду?

— Хорошо, — она бросила трубку.

Коньяк помог смягчить удар от полученного известия, но руки все равно тряслись.