Дело родовой чести

Кроме того, она обнаружила, что укрыта какой-то одеждой. Поэтому открывать глаза не торопилась. А вначале прислушалась, пытаясь определить кто здесь хозяйничает. И где здесь: здесь наверху в гроте или здесь внизу у подножия камня?

Хозяйничали в гроте. Значит Навию видели. Конечно видели, раз чем-то укрыли. И почти сразу она услышала знакомый и уже родной голос, который с улыбкой произнёс:

– Открывай глаза, Нави, я чувствую, что ты уже проснулась.

– Как ты меня нашёл? – спросила она, поднимаясь и накидывая на себя рубаху герцога.

– На тебе след маячка остался. Слабый, но мне хватило. Охранник на тебя успел кинуть. – герцог обнял её свободной рукой и притянул к себе поближе, целуя в макушку. Вторая рука была занята мясом, которое он переворачивал, запекая его прямо на камне.

– Но ты не беспокойся. Наёмники схвачены почти все, благодаря тебе.

– А маркиз? – спросила Навия, подняв голову и встречаясь с Ташем взглядом.

– Ему удалось уйти порталом. Но его ищут и ловят. Королевским указом он объявлен изменником и врагом королевства.

Навия расстроилась. Бегство маркиза означало только одно: их противостояние продолжится.

– Что будем делать?

– Прямо сейчас поедим и начнём восстанавливать магию. Я почти весь резерв растратил. Да и ты тоже. А потом поговорим.

И было в этом «поговорим» столько предвкушения, что Навия даже забеспокоилась, пытаясь угадать тему разговора.

Потом они поели, долго медитировали, восстанавливая магическое равновесие. Но у Навии не проходило ощущение, что всё это – прелюдия к серьёзному разговору. Так и вышло.

Они молча сидели у костра в гроте. Ташерег обнимал её за талию, прижимая к себе, а Навия теребила, перебирала, гладила пальцы его руки, которой он её обнимал. И в этой тишине и идиллии советник вдруг произнёс:

– Нави, нам надо быстро пожениться. Я понимаю, что все женщины хотят романтики, цветов и подарков. Но я не могу ухаживать за тобой долго. Чтобы защитить тебя и девочку мне надо на тебе жениться. Тогда никто не посмеет нанести вам вред, зная о последствиях.

Вот, что-то такое Навия и предполагала. И если Таш думал, что обижает её, то он ошибся. Ей не важны были внешние проявления ухаживаний. Гораздо важнее было чувствовать искреннюю заботу, внимание и поддержку. Можно сто раз сказать «люблю» и совсем не любить. А можно не говорить, испытывая стеснение или следуя характеру, но много раз доказывать свою любовь. Герцог мало говорил о любви. Но как быстро Навия привыкла опираться на его плечо. Как быстро поверила, что он поможет, поддержит, не бросит. Всегда."

"Она повернулась к герцогу и провела ладонями по его щекам. Ладони ощутили лёгкую колючую щетину. Провела пальцами по бровям. Они ощутили шелковистость густых смолянистых дуг.