Дело Аляски Сандерс

Нам вслед несся поток ругательств и проклятий Сиенны; это привлекло внимание прохожих и соседей. Пока мы садились в машину, соседка-расистка успела вызвать полицию, и та незамедлительно нагрянула. Я увидел того самого полицейского, который задерживал меня в июне, когда я наблюдал за домом Казински.

– Опять вы? – сказал он.

– Вы очень кстати, – ответил я, – мы должны заглянуть в комиссариат. Предупредите шефа, что мы сейчас будем.

Так мы с Гэхаловудом снова встретились с капитаном Мартином Гроувом, возглавлявшим полицию Баррингтона.

– Что привело вас к нам на этот раз, мистер Гольдман?

– Вопросы относительно Николаса Казински, – ответил я.

– В связи с его самоубийством?

– В связи с его несчастным случаем. Нам нужно знать, кто вел расследование.

С тех пор как шеф Лэнсдейн в июне лично явился за мной в комиссариат, капитан Гроув проникся ко мне некоторым доверием. Ему совсем не хотелось осложнений за несколько часов до уик-энда.

– Сегодня все-таки пятница, – вздохнул он. – Вы не могли бы приехать в понедельник?

– Мы не выйдем из вашего кабинета, пока не получим сведения, которые нам нужны.

Аварию расследовали на уровне местной полиции, этим занимался детектив Пол Рикко; у него был выходной, но капитан велел ему поторапливаться. Через полчаса Рикко явился, в шортах и сандалиях."

"– Насколько я помню, ничего особенного в деле не было, – говорил он, провожая нас с Гэхаловудом в подвал, где хранился архив. Он откопал тощую папку с приостановленным делом и протянул нам. Гэхаловуд приметил столик в углу комнаты и разложил на нем листки.

В рапорте содержались в основном сведения, которые у нас уже были: зимним утром, на рассвете, Казински в темноте и под дождем совершал свою обычную пробежку по кварталу. Ему мешали мусорные баки, выставленные на тротуаре, и он решил бежать по проезжей части. Неподалеку от перекрестка с Кэмпбелл-стрит его сбила машина, ехавшая по Норрис-стрит.

– Видите, какое тоненькое дело, – говорил детектив Рикко, – у нас действительно не было никаких фактов. Единственный свидетель – водитель школьного автобуса, только что забравший свою машину из парка.

Согласно записи устных показаний, шофера автобуса подрезала гоночная машина:

Было 6.14 утра, я ехал по Кэмпбелл-стрит. Уже начал сворачивать на перекрестке, как тут с Норрис-стрит вылетела гоночная машина, на полной скорости. С выключенными фарами! Не притормозила у знака и пролетела перекресток. Хорошо, езжу я осторожно, особенно в гололед. Слава богу, смог нажать на тормоз, еле успел. К счастью, детишек позади не было. Я был просто в шоке, но рефлекторно взглянул на номера. Когда все так быстро случается, особо ничего не разглядишь: вы пытаетесь все рассмотреть, все запомнить, а в итоге ничего не видите.