Деликатесы Декстера

Не буду притворяться, что когда-либо считал себя гением, способным это осознать, но сейчас впервые в жизни на меня снизошла хотя бы тень прозрения. Когда я увидел лицо Чатски, мир остановился. Времени больше не было. Я почувствовал себя запертым в мгновении, которое будет длиться вечно, или, возможно, персонажем живописного полотна. Силуэт Аланы, замершей у фальшборта старого аттракциона в виде пиратского корабля, ее лицо, застывшее в хищной улыбке, пять неподвижных фигур в пятне света под фонарем: Чатски с безжизненно запрокинутой головой, Бобби, тянущий его за руки, и странная фигура в капюшоне с ружьем Сезара в руках. Вокруг них — компания пиратов, которые стояли в карикатурно угрожающих позах. Никто не двигался. Я не слышал ни звука. Все остановилось и превратилось в картину под названием «Конец надежды».

Затем неподалеку, в той стороне, где была полоса препятствий, раздалась музыка, тот же ужасный, вызывающий головную боль ритм, что и в клубе. Кто-то вскрикнул, и время вновь пошло. Сначала медленно, а потом разогналось до обычной скорости. Алана отвернулась от борта, Саманта застонала, раздалось хлопанье Веселого Роджера на мачте, ему вторил невероятно громкий стук моего сердца.

— Ты кого-то ждал? — поинтересовалась Алана светским тоном. — Боюсь, он вряд ли сможет тебе помочь.

Эта мысль уже побывала у меня в голове. Как, впрочем, и несколько других, но ни одна из них не предложила ничего ценного, а лишь сообщила о том, что подвалы замка Декстера затапливает безнадежность. И эта новость звучала довольно истерично. Я все еще чувствовал висящий в воздухе аромат жарящейся на гриле плоти, и мое воображение с готовностью рисовало сюжет: незаменимого, единственного в своем роде Декстера, подрумянивающегося над углями. В сценарии, написанном по голливудским законам, именно сейчас в мою голову должна была бы прийти замечательная идея, которая помогла бы мне освободиться, схватить ружье и вырваться из плена.

Странно, что я не умер от жалости к самому себе прямо у всех на глазах, но если бы от этого умирали, вряд ли кто-нибудь доживал бы до четырнадцати лет. Я выжил и увидел, как они затаскивают Чатски по шаткому трапу на палубу. Человек в капюшоне с ружьем Сезара встал у гриля, откуда он мог держать под прицелом нас обоих. Бобби и Сезар подтащили Чатски к ногам Аланы и опустили его. Он упал лицом вниз и остался лежать безжизненной подрагивающей грудой. Из его спины торчало два дротика, что объясняло дрожь. Каким-то образом они смогли обойти его и выстрелить из полицейского парализатора, а затем оглушили ударом по голове. Вот тебе и помощь профессионала.

— Какой здоровый детина, — произнесла Алана, слегка толкая его ногой, — твой друг?

— Вроде того, — мрачно сказал я.