Вынос дела

Где взять остальные, она просто не представляла.

Настал июнь. Второго числа к ней положили молодую, очень тяжелую женщину – Елену Костину. Надежда Викторовна была хорошим, добросовестным специалистом, но в данном случае поделать ничего не смогла. Рано утром, около четырех часов, Костина скончалась.

Яковлева села в ординаторской и принялась оформлять необходимые бумаги. На душе скребли кошки. Впрочем, подобное случалось с ней всегда, когда умирал пациент.

Наверное, каждый врач изредка испытывает подобные чувства, задавая себе вопрос: все ли сделал для несчастного человека?

Неприятные раздумья прервало тихое царапанье в дверь.

– Войдите, – сказала Надежда Викторовна.

В дверь вдвинулась симпатичная сиделка, нанятая мужем другой пациентки – Харитоновой Валентины, тоже молодой, очень тяжело больной женщины. После инсульта ее парализовало, но спустя некоторое время к бедняжке вернулась речь. Пусть не слишком внятно, но она могла кое-как объясняться с врачом и мужем. Впрочем, последний, блестящий адвокат и политик, не слишком баловал жену посещениями. Хотя формально упрекнуть его было не в чем.

Валентина лежала в отличных условиях, и, кроме больничной обслуги, за ней ухаживала специально нанятая супругом сиделка – хорошенькая Сонечка.

Увидав Сонечку, возникшую на пороге с побледневшим личиком, Яковлева испугалась. Самочувствие Харитоновой считалось, как говорят врачи, стабильно тяжелым без отрицательной динамики. То есть ей просто было плохо и с каждым последующим днем не становилось лучше, впрочем, хуже тоже. Валентина словно замерла на нулевой отметке оси координат жизнь – смерть.

– Что? – спросила Яковлева. – Что стряслось?

У нее в голове моментально мелькнула картина – два трупа в одном помещении. Валя и Лена, лежавшие на койках, разделенных непрозрачной стеклянной стеной, считались соседками по палате.

Сонечка мягко улыбнулась и попросила:

– Погодите бумаги оформлять.

– Почему? – изумилась Надежда Викторовна.

Соня села перед ней и ровным, спокойным голосом произнесла:

– Тут девчонки шептались, вам деньги нужны, сына от армии отмазать?

Доктор отложила ручку. Никакого особого секрета не было, коллеги, естественно, обсуждали ситуацию в ординаторской. Впрочем, отношения в коллективе сложились отличные, все жалели Надежду Викторовну, даже открыли для нее свои кубышки.

– Могу помочь, – вкрадчивым голосом завела сиделка, – ровнехонько десять тысяч получите.

– А процент какой? – поинтересовалась Яковлева.

Несколько дней тому назад ее свели с ростовщиком, но наглый парень поставил просто невыполнимые условия – вернуть через три месяца в два раза большую сумму.

– Никакой, – пояснила Сонечка, – так дадут, и возвращать не потребуется.