Дела минувшие

Взятки берет смотритель? И это по всем тюрьмам. У воды да не напиться? Так я думал и терпел, потому как заменить тюремный персонал в провинции некем. Не-кем! Хоть гоните меня с должности, но это факт. Однако правда намного хуже. Деньги они там, оказывается, чеканят, шалыганы!

– Смотрителю как фамилия? – взял карандаш начальник ГТУ. – Правильно помню, что надворный советник Тарасенко-Годный?

– Правильно, ваше превосходительство. Ни на что этот сукин сын, конечно, негодный, но командует губернским тюремным замком уже восьмой год. Пустил, так сказать, корни. И людей себе подобрал соответствующих. Долго мы будем там порядок наводить, придется метлой многих вымести и новых набрать…

Благово остановил причитания инспектора и потребовал вернуться к делу. Бродяг услать не успеем. Пусть так: они налетят на новенького, получат сдачи и уймутся. Подследственный в результате привлечет к себе внимание тех секретных пока людей, которые запустили станок. Козырь «демона» – его связи с московским старообрядческим купечеством. Как сообщить об этом фальшивомонетчикам? Тем, кто непосредственно ладит «блины», это не по чину: их дело ремесленное. Как узнать, кто старший, кто отвечает за сбыт? Нет ли среди арестантов тех, кого называют онколистами? Это бич банков, аферисты, берущие кредиты под залог недоброкачественных ценных бумаг. В оценке именно такого предмета залога легче всего ошибиться, и жулики это используют. Если в числе узников имеются подобные, велика вероятность, что они и составляют головку аферы.

Тут Случаев показал себя с хорошей стороны. Он вынул из портфеля списки арестантов, которые благоразумно прихватил с собой в Петербург, и начал ими шуршать. И вскоре воскликнул:

– Есть! И как раз онколист.

– Кто? – всполошились остальные.

– Иона Лагерев. Объегорил Волжско-Камский банк на триста тысяч, должен был уехать в ссылку в отдаленные местности Западной Сибири, но застрял по вновь открывшимся обстоятельствам.

Коковцов усмехнулся:

– Знакомый прием. Осужденному неохота ехать за Бугры[61], и он начинает тянуть время. Что-то припомнил сверх того, что обнаружило следствие. Или подал жалобу. Или требует вызвать нового свидетеля. Главное – остаться в теплом месте. А наш онколист скорее всего застрял в Пскове умышленно, чтобы наладить сбыт фальшивых билетов. Очень правдоподобно.

Все согласились с надворным советником и единогласно назначили Иону Лагерева главным подозреваемым. Ведь для организации столь сложного преступления нужен деловик, знающий банковские механизмы.

Лыков отобрал у псковича списки, начал их листать и тоже воскликнул:

– А вот и второй! Потап Брехов, «счастливец» из Гуслицкой волости.

– Счастливец? – удивился губернатор.