Дела эльфийские, проблемы некромантские

Гвардеец, должно быть, сильно удивился, когда на него из стены выпрыгнуло нечто, завернутое в саванн из паутины, с горящими желтыми глазами. Так удивился, что потерял сознание. Но, пожалуй, все-таки не от удивления, а от удара по черепушке. Ко мне кинулись еще трое, на этот раз с криками. С ними было два мага, но они быстро смекнули, что заклинания меня почему-то не берут, а мечом я размахиваю куда лучше них, и поспешили ретироваться. Гвардейцев я пусть и не очень быстро, но раскидал. Сердце колотилось как бешеное, счет шел на мгновения, а мне еще требовалось найти Вела.

Долго искать не пришлось, сложнее было вынести дверь, поскольку ключей ни у кого из обезвреженных не оказалось. Никак герцог носил их у сердца и прятал ночью под подушку. Но и это мне удалось. Хорошо талионская дворцовая темница никак не соберется перейти на железные клети, довольствуясь дубовыми дверями, хотя Вел уже давно грозился их заменить.

Раздался дикий грохот, который меня сейчас мало волновал.

— Тим?! Какого хрисса?! Убирайся отсюда!

О да, я тоже тебе рад, братишка. Я без особого результата рубанул по цепям мечом, но большего сделать уже не успел. В комнату хлынули гвардейцы в таком количестве, что у меня создалось ощущение, что пожелай я кого-нибудь ударить, то не смог бы и кулак занести. В мою сторону были направлены три алебарды, пять мечей и даже одно копье.

— Меч на пол. — Ряды гвардии раздвинулись, и вперед вышел начальник королевской охраны.

Я скривился и швырнул железяку так, что у всех окружающих в ушах зазвенело.

— Хорошо же ты служишь короне.

— Корона принадлежит светлым эльфам, — бесстрастно отозвался тот, кто поклялся жизнью защищать королевскую семью. — А не выродкам и плебеям вроде вас двоих. Заковать его и поставить на место дверь. Я доложу герцогу.

Глухо клацнули стальные кандалы. Гвардейцы еще несколько мгновений потоптались в камере, почему-то старательно отводя от меня глаза, затем повозились с дверью и наконец оставили нас с Велом вдвоем.

— Ты идиот, — обреченно прокомментировал брат.

— А ты в этом когда-нибудь сомневался? — усмехнулся я.

Видеть Велимира в таком состоянии было дико. Он исхудал, сквозь изодранную одежду проглядывали синяки и ссадины, лицо разбито. Но взгляд не потух и в данный момент светился дикой злостью на непутевого младшего брата.

— О чем ты думал?!

— О том, что тебя надо вытащить.

— Удачный план, ничего не скажешь. Теперь мы оба сдохнем.

— Сотней лет раньше, сотней лет позже… — С определенных пор к смерти я стал относиться философски.

Вел только закатил глаза и замолк. Наверняка готовил для меня яростную воспитательную речь. Однако озвучить ее он не успел. Нас решил навестить его сиятельство герцог Аланон собственной персоной.