Дефиле озорных толстушек

– Вентиляционные шахты не так тесны, как вы думаете, а снять закрывающие их решетки ничего не стоит! Достаточно иметь гибкую фигуру и хорошие плоскогубцы! – кровожадно ухмыльнувшись, поведал ведущий. Очевидно, он умел читать мысли своих телезрителей. – А уж в окна-то забраться совсем легко!

– У нас второй этаж и решетки! – поспешил напомнить дедушка Лаптев.

– Решетки можно вырвать, сломать, снять или пропилить, – со знанием дела ответил ведущий.

Бабушка Лаптева посмотрела на него с ненавистью. У нее уже руки чесались позвонить по номеру 02 и натравить на подозрительно осведомленного телевизионщика милицию.

– И не забывайте о преступниках, имеющих навыки альпинизма и скалолазания! – напомнил зловредный ведущий. – Прочные капроновые лесенки и тросы с карабинами позволяют совершить как восхождение на небоскреб, так и спуск с крыши к окнам нужной квартиры. Вы даже не услышите, как злоумышленники подберутся к вашему окну или балкону!

– Бум! – донеслось со стороны упомянутого сооружения.

Пенсионеры Лаптевы синхронно вздрогнули, и диван под ними смешливо крякнул.

– Мы услышали, – возражая телеведущему, пробормотал Иван Давыдович.

– На балкон лезут! – прошептала побелевшими губами Ольга Ивановна.

– Звони в милицию, мать! – распорядился отважный дедушка и потянулся к кривой турецкой сабле, привезенной сыном Лаптевых из туристической поездки в Анталию и повешенной над диваном в качестве экзотического украшения.

– Дед, не ходи! – всполошилась Ольга Ивановна.

Ей уже виделся неравный бой пожилого Ивана Давыдовича, вооруженного одним тупым сувенирным ятаганом, с гибкими и ловкими альпинистами-домушниками с острыми плоскогубцами в руках и когтистыми «кошками» на ногах.

– Цыц, старая! – отрезал мужественный дед.

Он прихватил кривую саблю на манер серпа и, шаркая тапками, пошел из комнаты на балкон. Забыв про телефон, верная супруга вперевалочку заковыляла следом. Ольга Ивановна справедливо полагала, что в случае рукопашной она будет весомым подкреплением мужу. Когда дородная пожилая женщина становилась на весы, стрелку зашкаливало.

– И-эх! – крякнул самозваный янычар Иван Давыдович, скользящим шагом выдвинувшись на балкон.

– Ну, кто там, Ваня? – пуще прежнего встревожилась Ольга Ивановна.

Дедушка Лаптев, вздернувший серп по образу и подобию участницы скульптурной группы «Рабочий и Колхозница», надолго застыл в этой героической позе. Взгляд старого колхозника был устремлен на боковое ограждение балкона, на три четверти выполненное из многослойной фанеры. Верхняя – стеклянная – четвертушка стенки позволяла увидеть небольшой участок туристической лесенки из капронового шнура. Лестница была туго натянута и дрожала, как струна.