Дефиле озорных толстушек

Поднимаясь по ступенькам, я проклинала нерадивых работников лифтового хозийства и пророчила им после смерти место в аду, рядом с производителями герметичных пододеяльников. И чтоб с земли до десятого круга добирались своим ходом, без помощи грузоподъемных механизмов!

Ругалась я только до третьего этажа, дальше дыхалки не хватило. Силы меня почти покинули, зато посетила здравая мысль заглянуть в гости к Трошкиной. Не то чтобы я сильно по ней соскучилась, просто хотелось сделать остановку и немного передохнуть.

Однако приостановить движение пришлось немного раньше, между четвертым и пятым этажом. На площадке, прилепив к оконному стеклу поросячью физиономию, топтался незнакомый гражданин, похожий на поросенка Фунтика, благополучно излечившегося от дистрофии и рахита. Раздобревший Фунтик заинтересо– ванно глазел в забортную темень и приветствовал мой выход на площадку вопросом:

– Девушка, это не ваша? Такая прелесть!

Невзирая на усталость, я, разумеется, возжелала посмотреть на бесхозную прелесть. Под такое определение запросто могла попасть, например, моя юбка от белого костюма, выстиранного и вывешенного сушиться за балкон. Пару раз мне уже случалось искать на клумбе свои вещички, сорванные с веревок ветром. Никогда не забуду, как я гналась по двору за раритетным автомобилем дедушки Лаптева, за металлический значок которого зацепились, спланировав с седьмого этажа, мои кружевные трусики! И дедушка, думаю, тоже это не скоро забудет, разве что ему поможет склероз! Старичок-водитель получил настоящий шок, когда я подрезала его пешим марш-броском через клумбу и растопырочкой выпрыгнула из петуний к капоту! Чувствительная Трошкина потом очень ругала меня за нанесенную пенсионеру моральную травму. А что мне оставалось делать? Пожертвовать дорогое французское белье в фонд помощи ветеранам Куликовской битвы? Близорукий дедусь запросто унес бы мои стринги на рогах своего хромированного оленя! Так я Алке и сказала, а она не поняла, что хромированный олень – это фигурка на капоте машины, и сконфузилась. А дед, между прочим, без дополнительных объяснений даже не понял, какой трофей ему достался! Еще бы, ведь нижнее белье его супруги Ольги Ивановны имеет совсем иной вид, ее просторными панталонами дедов драндулет накрыло бы, как чехлом!

С этой мыслью и соответствующей ей ухмылкой я приблизилась к Фунтику и посмотрела в окно, но никаких предметов своего гардероба за ним не увидела. Как не увидела и никаких других «прелестей».

– Там птичка! – восторженно всплеснув руками, поведал Фунтик. – Хорошенькая такая, розовенькая, сидит на карнизе и не улетает.