Дефиле озорных толстушек

Так могли смотреть на уклоняющихся от ясыка русских князей полномочные представители монголо-татарского ига.

– Я, конечно, не лесбиянка и потому мало что знаю об однополой любви, – язвительно сказала подружка, намекая на недавний эпизод с охранниками. – Однако мне совершенно точно известно, что общий ребенок может быть только у женщины и мужчины! Или ты, Кузнецова, морочишь мне голову, или запуталась гораздо сильнее, чем тебе кажется! Расскажи-ка ты мне лучше все с самого начала!

– Тут без бутылки не разберешься, – пробормотала я, провожая недоброжелательным взглядом неправильную Милену, как раз покидавшую сцену.

– Чего изволите? – услышав последние слова, бармен вновь обратил на меня внимание.

– Нам что-нибудь такое!.. – Трошкина жестами изобразила не то пенистый девятый вал, не то сход горной лавины.

– Мне то же самое, только двойную порцию! – быстро сказала я. – И сразу же повторить!

Через минуту мы с подружкой, через слово прикладываясь к запотевшим бокалам, шушукались за столиком в относительно тихом уголке. Я рассказала Алке о своих малорезультативных поисках русскогабаритной красавицы, и она уверенно заявила:

– Секундочку! – извинилась я, кстати вспомнив о заказанном мной повторе коктейля. – Я сейчас вернусь!

– Мне тоже! – крикнула Алка, залпом допивая спиртное.

Я сбегала к бару, принесла добавку и попросила подружку продолжить прерванное рассуждение.

– Одно из двух, – повторила быстро хмелеющая бывшая отличница. – Вариант первый: мальчик Саша и медвежонок Миша улетели в Вену в сопровождении какой-то другой женщины – скажем, тети.

– Ты не видела эту тетю! – Я замотала головой, как ослик, донимаемый мухами, и закончила упражнение для мышц шеи размашистым кивком в сторону опустевшей сцены. – Из той бабы можно выкроить двух таких Милен, как эта! Определенно, они не родственницы!

– Ну и что? Та баба свободно может быть родственницей Сашиного папы! – рассудила Алка. – Или же она вообще не родня всем этим Рыжиковым! Няня, например!

– Трошкина, ты молодец! – обрадовалась я. – Дай, я тебя расцелую!

– Но-но! Говорю тебе, я не такая! – Алка покачала перед моим носом пальцем, который расплывался в воздухе, оставляя за собой смазанный светящийся след.

– Кажется, мне уже хватит, – с сожалением пробормотала я.

Но оставлять вкусный коктейль было жалко, так что пришлось допить до дна.

– Кончай нализываться! – опустошив свой бокал, строго сказала я Алке. – Пойдем к этой Милене, спросим, с кем улетели к фрицам Саша и Миша.

– Пойдем! – с готовностью согласилась Трошкина.

Два коктейля придали ей необычную смелость. Обычно Алка решительна только на словах.

Покачиваясь на каблуках и трогательно поддерживая друг друга, мы протолкались к сцене и взобрались на нее.