Дед

Галя хлопала глазами. Телевизионщики замерли, не понимая: драка это или назревает очередное веселье.

Ганин вытирал слезы рукой. Серега сидел на нем сверху.

– Вот черт! – повторял он. – Вот черт, добился-таки!

– Уговор помнишь?

– Помню.

– Принимай на закорки!

Потрепав его по голове, Серега поднялся, протянул руку, поднял и его.

– Один круг? – уточнил он.

– Один.

Ганин вскочил ему на спину, вонзил колени в бока, и они понеслись.

– Первая конная армия Буденного, выходи на маневр! – кричал Ганин, размахивая в руке воображаемой шашкой.

– Иго-го! – отзывался, не сбавляя бега, Серега.

– В атаку, ура-а-а!

– Ура-а-а!

Они скакали меж деревьев, и Серега взбрыкивал и раздувал ноздри, как настоящий конь.

Урожай

Металлоискатели сошли с ума. От их звона болели уши – уши контуженного накануне Ганина особенно. Курчавый Игорь возбудился: подпрыгивал, путался у всех под ногами, лишний вес в его брючках трясся. «Нашли! – кричал он, когда подельники Ганина поднимали новое железо. – Нашли!» И подгонял своих операторов: «Что стоишь? Разворачивай, давай крупный план».

Серега со Степаном выглядели озадаченно: золотая россыпь мелких железок под ногами наводила их на мысль, что здесь не все гладко. Ганин с Виктором Сергеевичем, поглядывая на них, усмехались.

Галя снимала происходящее на фотоаппарат. Ганин раздумывал: говорить ей, что все это – фикция? Девушка поддалась возбуждению телевизионщиков. Она сделала по меньшей мере сотню снимков – для некоторых ей пришлось распластаться прямо на земле, а затем сама взяла в руки металлоискатель и, конечно, сразу же подняла несколько гильз. Повернулась к Ганину, с гордостью показала трофеи. Тот вздохнул и решил, что пора сознаваться.

Улучив момент, он прихватил девушку под локоток:

– Если нужны снимки для газеты, мы можем потом, отдельно. Поставишь нас, как захочешь…

– Зачем? – не поняла она. – Эти лучше всего – живее, правдивее…

– Это не совсем правда, Галя. То, что здесь происходит.

– То есть как? – не поняла она.

Мимо прошествовал Степан Солодовников. Начавший уже и сам догадываться, он ткнул Ганина кулаком в бок. Шепнул:

– Признавайся, Андрюха. Это вы с утра накидали?

Галя все поняла. Вспыхнула, зачем-то прижала фотоаппарат к себе, словно его собирались отнять. Ганин зло зыркнул на Степана, потянулся к ней.

– Галя… Галюшка… Я как раз собирался рассказать.

За их спинами закричали.

Вдалеке, забравшись на дно оврага, стоял курчавый Игорь и потрясал в воздухе ржавым остовом «шмайсера».

– Сюда! – звал он. – Сюда! Я нашел автомат!

Глаза его блестели азартом.

Часто бывает так: приезжает случайный человек, находит гильзу, или штык, или автомат, а потом встречаешь его через несколько лет – увешанного акустикой, одичалого, бродящего по лесу. «Вот, – скажет он.