Даже Смерть знает мое имя

Не многим так везёт, — пафосно выдал Аким и возмущённо добавил, бросив взгляд на белку, бесстрашно сидевшую на соседней ветке: — Нет, она меня точно провоцирует!

Он взлетел и метнулся к белке. А та рыжей молнией ринулась прочь от него.

Я же отвлечённо вспомнил своё детство. Кажется, Аким был со мной всегда. Он первым учил меня магии и с ранних лет оказывал непосредственное влияние на моё формирующееся мировоззрение. К примеру, как-то раз в совсем глубоком детстве мне «повезло» оказаться с голодным желудком на шумном базаре, где буквально в нескольких метрах от меня на прилавке восхитительно пахли спелые плоды, истекающие сладким соком.

— Когда торгаш отвернётся, ты сразу же схватишь плод и затеряешься в толпе, гар-р-р, — проинструктировал меня Аким.

— А воровать разве можно? — удивился я, озадаченно сунув пальчик в рот.

— Можно, когда тебя не видят и не найдут. А в других ситуации — нельзя, гар-р-р. Да и торговец сам виноват, ежели проворонит плод. Мы его просто тренируем, чтобы он ушки держал на макушке. Да и если мы не украдём этот плод, то его умыкнёт кто-то другой, а нам ведь нужнее. Правильно?

— Правильно.

Вот такие «дельные» советы давал мне Аким, благодаря чему я вырос таким хорошим человеком.

— Какие люди! — вырвал меня из воспоминаний знакомый девичий голос.

— Опять ты? — буркнул я, устало глянув на Мирославу Синявскую, довольно сверкающую дерзкими разноцветными глазами.

Она стояла подле скамьи, уперев правую руку в бок и изогнувшись таким образом, чтобы джинсовые штаны особенно сексуально натягивались на упругой заднице.

— Не рад меня видеть, Ратников? — усмехнулась она и бесцеремонно уселась рядом со мной, изящно закинув ногу на ногу.

— Уже знаешь, как меня зовут, — констатировал я без всякого удивления. — А кто тебе сказал, что я изволю наслаждаться природой на этой тихой аллее? Вряд ли ректор.

— Нет, не он, — ослепительно улыбнулась девушка и поправила лихо заломленную шляпу, красующуюся на распущенных чёрных цыганских волосах. — Но добрых людей хватает. Поэтому я и узнала, что ты, оказывается, решил стать преподавателем. А как же твоё правило никому не служить?

— А кому я буду служить? Ректору? Нет. Князю? Тоже мимо. Науке? Ну, немного. А если ректор посмеет как-то рулить мной, то я плюну, сожгу его кабинет-дендрарий и уволюсь.

— Как у тебя всё просто, Артур. Да только человек ты не простой. Сейчас преподавателем стал и перстень вон В-ранга приобрёл, хотя несколько лет назад терпилой был с Е-рангом. А ночью вместе с какими-то отбросами завалил демонов и чуть не убил моего брата, между прочим, крутого мага. Спасибо, кстати, что не убил. Он хоть порой и мудаком бывает, но не очень большим. Однако впредь тебе с ним лучше не связываться. Ох и сильно он на тебя обиделся.