Давай сделаем это

Этот поцелуй был яростным, отчаянным, исступленным. Это был крик души. Не обращая внимания ни на кого вокруг, мы целовались как в последний раз. Мужские губы грубо сминали мои. Обжигающие руки крепко сжимали талию. И как никогда я чувствовала уязвимость и ранимость Назара. Он нуждался во мне, в моей поддержке. И это разрывало сердце. Я готова была сделать всё, чтобы облегчить его боль, чувство вины, страх за сестру…

Наше дыхание сбилось. Мы забыли обо всём на свете, мир сузился до крохотного пятачка на лестничной площадке. И, услышав крик, мы не сразу поняли, что обращаются к нам:

— Эй, нашли, где свидание устраивать! Это больница вообще-то!

Я вздрогнула и распахнула глаза. Назар резко оторвался от моих губ и, тяжело дыша, уставился на меня. Долгие секунды мы изумленно вглядывались друг в друга, пытаясь прийти в себя.

Но громкоголосая женщина всё не унималась.

— Если приспичило — идите на улицу! Нечего тут топтаться!

Назар отстранился от меня и медленно повернулся. Возле нас, уперев руки в боки, стояла пышнотелая уборщица. Ее румяное лицо пылало праведным гневом. В крепких руках женщина держала швабру. И в совокупности образ был довольно устрашающим. Я замешкалась. А вот Назар не растерялся и включил свое природное обаяние.

— Мы уже уходим, — широко улыбнулся он и, повернувшись ко мне, взял за руку.

От этой улыбки, предназначенной не мне, сердце ёкнуло. И тогда я вдруг поверила, что все будет хорошо — Лена выздоровеет, мы с Назаром будем вместе, и Вадим не исчезнет из нашей жизни…

Держась за руки, мы дошли до отделения. Кайфуя от тепла широкой ладони, я вдруг отчетливо поняла фразу «Счастье в мелочах». Вот оно счастье — в улыбке этого парня, в наших переплетенных пальцах, в надежде на то, что все плохое уйдет.

Возле двери Назар остановился. Я почувствовала, как переживание за Лену накатило на него с новой силой. Я сжала мужскую руку и заглянула в серые глаза.

Назар, не выпуская моей ладони, облокотился плечом о стену.

— Зря я представил тебя родителям как девушку Вадима. Теперь у них появятся вопросы, — грустно усмехнулся он.

— Теперь у многих появятся вопросы, — вздохнула я, упираясь лбом в грудь Назара. Мне постоянно хотелось прикасаться к нему, вдыхать его запах, стоять близко-близко. Я остро нуждалась в этом.

— Мы справимся, — тихо проговорил Назар, поглаживая меня по спине.

И мне захотелось разреветься от счастья.

Разомкнув наши руки, мы зашли в коридор отделения. Родители Назара все так же сидели на диване. Когда мы подошли, Наталья обратилась к сыну:

— Назар, вы бы поехали домой отдохнули немного. Врач же сказал, что состояние стабильное, и Лена проспит весь день. А уже завтра со свежими силами приедете.

— Нет, мам, я не хочу оставлять Лену одну.