Давай сделаем это

Так и хочется прикоснуться к мягким очертаниям лица, провести рукой по волосам, дотронуться до розовых нежных губ, чтобы проверить, не почудилась ли она мне.

Ульяна поймала мой взгляд и смущенно улыбнулась. Сердце затопила щемящая нежность. Я судорожно вздохнул и перевел взгляд на дорогу. И когда я успел так влипнуть? Почему мне хочется одновременно и выпрыгнуть на полном ходу из машины, и сжать девчонку до хруста в костях и никуда больше не отпускать?!

Это и есть оно — то самое, что веками не дает людям покоя, о чем пишут тонны книг и сочиняют музыку? Что сносит крышу похлеще наркотиков? О чем трезвонят на каждом углу и с жалостью хлопают тебя по плечу, когда спрашиваешь «А что это такое — любовь?». «Когда полюбишь, поймешь», — отвечают многозначительно.

А ни хрена! Полюбил. И ни черта не понял! Только еще больше вопросов появилось! Почему на душе так хорошо и тяжело одновременно? Почему внутри всё обрывается, сердце ноет и бьется словно обезумевшее, а я кайфую от этой боли, как чертов мазохист?

Почему весь мир вдруг сузился до одного человека, и ты готов выть, как одинокий волк на луну, когда ее нет рядом?

И вот она сидит со мной в машине, а я вдруг оробел, как пацан. Интересно, Ульяна уже поняла, что я влюбился в нее по уши? Мне кажется, это видят все, как бы я не пытался скрыть.

Но пока не время для признаний. Я дождусь, когда моя сестра пойдет на поправку. А это случится в скором будущем. Я верю, что все самое страшное уже позади. Я, конечно, облажался по полной, не смог предотвратить эти страшные последствия пневмонии, но Ленка прорвется, по-другому просто не может быть, я ее хорошо знаю. И уже тогда мы с Ульяной расскажем всем. И я стану самым счастливым идиотом на Земле!

Погрузившись в свои мысли, я не сразу почувствовал пристальный взгляд Ульяны. Оторвавшись от дороги, я приподнял бровь.

— Ты хочешь о чем-то спросить?

Девушка помотала головой и, расслабленно засунув руки в карманы куртки, задумчиво проговорила:

— Пытаюсь представить каково это…

Я покосился на Ульяну.

— Каково быть твоей девушкой, — медленно протянула она, словно сама до конца не верила в то, что сейчас говорит.

Сердце пропустило удар. Что же ты делаешь, голубоглазая!

— Думаю, тебе понравится, — усмехнулся я себе под нос.

— Раньше жалоб не поступало? — деловито уточнила Ульяна.

Я хмыкнул. Несмотря на засевшее внутри, как заноза, беспокойство за сестру, Ульяна заставляла меня улыбаться. Рядом с ней мне легче дышалось, будто камень на моих плечах становился менее тяжелым. Я просто знал, что все будет хорошо. А еще я знал, что эта девушка сделает меня счастливее.

Как ей это удается?!

— Ну вообще-то раньше я успевал сбежать до предъявления жалоб, — серьезно ответил я, повернувшись к девушке.