Дар любви

Рано или поздно ей встретится приличный молодой человек, который обеспечит ей такую жизнь, какую ей хочется и какую она заслуживает.

У него нет причин встречаться с нею. Никаких причин. Он доберется до Фриско, найдет Розу, если она все еще там, получит свои денежки обратно и пошлет их Джесси. Он будет устраивать свою жизнь, а она пусть устраивает свою.

Нужно просто ехать дальше. Так он думал. И так было бы лучше для них обоих. Но он тем не менее продолжал сидеть и смотреть на гаснущие по очереди окна домов, пока салун «Лэйзи Эйс» не остался единственным освещенным огнями.

«Я поеду дальше, — сказал он себе, — когда… буду уверен, что с Джесси все в порядке».

Понимая, что поступает опрометчиво, но, все-таки будучи не в силах от этого отказаться, он направил мня в проулок, ведущий к пансиону Марты Веллингтон.

Спрыгнув на землю, Крид толкнул заднюю дверь. Она легко открылась на хорошо смазанных петлях. Крид вошел в просторную квадратную кухню. Пахло свежеиспеченным хлебом и щелоковым мылом.

С минуту он постоял, убедившись, что в доме все спят.

Он тихонько прошел через темные комнаты в холл и очутился перед той комнатой под лестницей, о которой писала Джесси. Когда Крид. взялся за ручку двери сердце его бешено колотилось.

С облегчением он убедился, что она не заперта и отворил ее. Он радовался и негодовал одновременно. Радовался тому, что ему не придется взламывать эту проклятую дверь, а негодовал на то, что любой, пусть даже не какой-нибудь громила или насильник, может войти в ее комнату посреди ночи.

Прикрыв за собой дверь, он устремил свой взгляд на узкую кроватку у дальней стены, а уже через мгновение стоял у кроватки, разглядывая спящую девушку. Ее волосы, как пламя, разметались по белоснежной подушке. Одна рука покоилась у щеки, губы полуоткрылись. Не в силах сдержаться, он отодвинул прядь волос с ее лба. Боже, она выглядела такой молоденькой, такой невинной.

— Джесси, — позвал он, стоя на коленях у кровати и приложил руку к ее рту, — Джесси."

"Она проснулась сразу же, но веки открытых глаз еще сонно дрожали. В неясном свете луны он заметил мелькнувший в ее взгляде страх, быстро сменившийся изумлением, а потом — неподдельной радостью и счастьем.

Убрав ладонь с ее рта, он сменил ее своими губами. На вкус она была чистой и свежей, как солнце или летнее утро.

— Крид, — прошептала Джесси, когда он попытался сделать вдох. Она притянула его к себе, неистово обнимая, а потом вдруг отпрянула: — Что ты здесь делаешь?

— Я сбежал из тюрьмы.

Она поморгала, не веря своим ушам:

— Что ты сделал?

— Ты слышала, что я сказал.

— Ох, Крид.

— Ты как будто разочарована?

— Я же получила письмо от судьи Пэкстона, — сказала она.

Потом она торопливо пересказала, что написала судье и что тот обещал пересмотреть дело Крида.