Даниил Галицкий

От вас зависит, ибо вы первыми стоите на пути врага, чтобы не пустить татар, разбить их алчность, Чтобы не укреплялась их упрямая гордыня… Итак, пусть каждый правоверный поднимет свой крест, идя в сверкании оружия Господня, как стяг славы высочайшего царя, на уничтожение пятна того позора, который вам приписывается, что вы позорно уступили перед неверными. А дабы вовсе ничто не препятствовало достижению душеспасительного дела, всем, кто пойдет против татар и примет знак креста, признаем то отпущение их грехов и те привилегии, которые даются идущим на помощь святой земле. Дано в Ассизе 14 мая, в десятый год нашего понтификата».

Даниил положил буллу на стол и спросил у легата:

— А что еще поручил Папа своему послу?

Опизо склонился, встревоженный.

— Князь прочел, в булле все написано. Святейший отец обращается с буллой к христианам Польши, Чехии, Сербии и Поморья, призывая к крестовому походу на татар. Мне, своему слуге, он велел проповедовать сей крестовый поход. И поручил мне сказать князю Даниилу, что ему будет оказана всяческая помощь в борьбе против татар.

После небольшой паузы Даниил ответил:

— Благодарю Папу и буду надеяться, что Папа сдержит свое слово. — И через мгновение добавил: — Крестовый поход! Грехи отпускает!

Опизо вспыхнул. Как понимать эти слова — насмехается князь или переспрашивает?

— Князь русский сомневается? Нас учили не так относиться к святому слову святейшего отца!.

— Но я не учился у вас, да простит меня легат.

— Но ведь князь Даниил в предыдущей своей грамоте не возражал принять от святого отца королевскую корону?

— Я писал Папе, просил помощи против татар. Посол Папы, монах Карпини, ездил к татарам, видел, что они угрожают Европе. Внимательно ли выслушал Папа своего посла Карпини?

Опизо побледнел, ноздри его раздулись.

— Я не был у Папы, когда он разговаривал с Плано Карпини, и не знаю, что Карпини говорил Папе. Мне о том ничего не ведомо. Я делаю то, что мне повелел святейший отец.

— Разве легат Опизо не встречался с доминиканцем Плано Карпини? Или легат забыл про то?

Этот князь слишком дерзко ведет себя! Разговаривает, как с подвластным ему монахом! Опизо ни от кого не слыхал таких слов. Ни один король с ним так не обращался. Перед папским послом короли всегда заискивали. Опизо дрожал от возмущения, но внешне соблюдал спокойствие, сдерживал себя.

— Я прошу великого князя не спрашивать меня о том, чего я не знаю, — еле выдавил слова папский посол.

— Я спрашиваю легата только про то, что он знает. Про татар не токмо папский легат, но и простой монах в Риме вельми хорошо ведает. Если легат не осознал всего ужаса татарской угрозы, так пусть он поедет в русский город Киев и увидит, что натворили там татары. А был тот город не меньше Рима.