#8-Дань Псам

Жрикрыс понимает первое состояние, а вот последнее его озадачивает. И пугает.

Лучший способ разминуться с Градизеном - сходить к Черному Кораллу. Благость вечной тьмы оказывается слишком горькой для поклонников Сэманкелика.

Он зашлепал по реке грязи глубиной в локоть, в которую превратился ведущий в Ночь тракт.

Где-то рядом вдруг заорал кот; Жрикрыс задрожал, ощутив охватившую всех крыс панику. Потом одернул себя и продолжил путь.

Вскоре он заметил, что кто-то идет следом - наверное, пилигрим, оказавшийся достаточно умным, чтобы не входить в лагерь и отправившийся на поиски гостиницы. Жажду спасения в нем превозмогло чувство тошнотного отвращения.

“Не должен верующий приходить по воле своей”. Так сказала однажды Верховная Жрица Селинд, прежде чем Градизен уничтожил ее. Жрикрыс помнил, как удивлялся этим словам. Но теперь он в точности понял, что она имела в виду.

Рожденная жаждой вера достойна лишь презрения, ведь возникает она из самолюбия. Людям хочется, чтобы кто-то наполнял их кубок, а чем именно - неважно. Нет, откровение не следует искать, не следует идти к нему путем самобичеваний и медитаций. Оно должно снисходить нежданно, даже нежеланно. “Не верьте легко уверовавшим”. Да уж, это была странная Жрица.

Еще он помнит одну ночь, когда…

Холодное лезвие коснулось горла.

- Не шевелись, - проскрипел кто-то за спиной. Жрикрыс не сразу сообразил, что сказано это по- малазански.

- Думал, я не вычислю тебя, солдат?

Холодный пот сражался с жаром от шерстяной одежды. Жрикрыс задыхался. - Дыханье Худа, просто зарежь меня, и все дела!

- Сильное искушение, это верно.

- Чудно. Давай. Я приготовил проклятие…

Малазанин фыркнул. Вдали залаяли собаки. - Это будет большой ошибкой.

Головная боль усилилась. Жрикрыс ощутил, как нечто прокрадывается в ноздри. В воздухе повисла вонь, но он не узнавал ее. Звериная… как будто от паленой шкуры… - Боги подлые, - простонал он. - Штырь?

- Да, слава бежит впереди меня. Прости, твоего имени не помню, как и взвода. Но ты был Сжигателем - это точно. Пропал на севере, записан в погибшие - но нет, ты дезертировал, сбежал от боевых товарищей.

- Каких товарищей? Все они убиты. Все мои друзья убиты. С меня хватит, Штырь. Нас перемололи в тех болотах. Да, я ушел. Лучше было остаться, чтобы погибнуть под Кораллом?

- Не все там погибли, солдат…

- Ничего такого не слышал. Сжигателей больше нет. Конец им.

Нож отошел от шеи. Жрикрыс повернулся и уставился на невысокого лысого человека, на печально знаменитую власяницу… дыханье Худа, как воняет! - Вот что мне интересно - что ты здесь делаешь? Живой? Без мундира?

- Даджек поглядел на нас - на горстку выживших - и внес в список павших. Отослал восвояси.

- И ты…

- Я решился на паломничество. Искупитель… видишь ли, я встречал Итковиана. Видел Капустан.