Развод Пиковой Дамы

Нежно, мягко, но постепенно атмосфера начала звенеть и раскаляться. Господи, что я творю? Адским усилием прервала поцелуй, вернула себе возможность дышать.

— Инга… — в карих глазах плескалась тревога, баритон шелестел, как сухая трава. — Что с тобой? Посмотри на меня. Что происходит? — Марк указательным пальцем попытался поднять мой подбородок, но я вместо ответа уперлась лбом в его грудь. Замерла от странного щемящего чувства потери, которое поселилось в груди. Этот мужчина — подарок судьбы, он сделал свое дело. Реанимировал меня после измены, нежностью, поцелуями и прикосновениями залечил шрамы на душе, оставленные предательством мужа. Дальше я пойду одна. Одна… Так надо.

— Все хорошо. Мне правда пора собираться, Марк.

Я смогла, справилась с искушением. Сделала шаг, разорвав объятия. Скрылась в ванной, чтобы переодеться в сарафан, и вернулась в комнату. Молча, без разбора кидала в чемодан косметику, одежду и обувь.

Марк стоял посреди номера полностью одетый. Мятая рубашка, брюки с заломами — пустяк, ерунда, не имеющая никакого значения, потому что карие глаза все еще пытались согреть меня, а сильные руки — укрыть и поддержать, но сейчас это было лишним. Я не гнала его, просто обходила стороной, стараясь не касаться, а Марк молча наблюдал за моим сумасшедшим хороводом. В конце концов не выдержал.

— Инга, хватит! Давай поговорим! — он схватил меня за талию и развернул к себе. — У нас была прекрасная ночь и хорошее утро. Что случилось?

Он говорил, а я закусила губу, чтобы не разреветься. Глупая дурочка, которая за полчаса накрутила себя так, что потеряла контроль над эмоциями! Мы были знакомы несколько дней, а виделись и того меньше, и я ни словом не обмолвилась о своей жизни, о том, что меня ждет в Москве, в которую так не хотелось возвращаться. Я упивалась чужой случайной любовью, нежностью и страстью, как верблюд перед длительным переходом по суровой пустыне.

— Ничего не случилось, все в порядке…

— Все не в порядке, — прервал Марк, прижимая меня еще крепче. — Инга, я не глухой и не слепой. Вижу, что что с тобой что–то происходит, а ты закрылась от меня, спряталась в ракушку. Скажи, чем тебе помочь? Что сделать?

Если час назад мне было так хорошо, то почему сейчас так плохо? Я закрыла глаза, пытаясь придумать более–менее логичное объяснение всему происходящему.

— Ты мне уже помог, Марк. Правда. Помог тем, что был рядом. Спасибо тебе за эту ночь…

— Почему ты говоришь так, словно мы прощаемся?

— Потому что мы и правда прощаемся. Я возвращаюсь в Москву, ты остаешься в «Завидово», — выдохнула, мягко высвобождаясь из сильных рук. Голос почти не дрожал, только душа билась в груди раненной птицей.

— Я могу поехать с тобой.

Марк сделал шаг вперед, а я — назад. Сейчас мне нужна была эта дистанция. Пустота, космос.