Развод Пиковой Дамы

Щелк!

Эти слова Марк вложил мне в губы вместе с дыханием. И я улетела, провалилась в поцелуи, потерялась в ласках, когда руки Марка скользили по моему телу, исследуя, разжигая пламя удовольствия, топя в нежности.

— Пожалуйста… — нетерпеливо качнула бедрами, торопя события. — Не могу ждать…

— Не спеши, красавица, все будет. Хочу увидеть тебя всю, — хриплый баритон завораживал, лишал остатков контроля.

На мне были надеты всего лишь халат и пижамный комплект, но Марк превратил процесс раздевания в танец семи вуалей, медленно снимая вещи по одной, зацеловывая открывающееся тело. Когда шелковые шортики упали на пол, меня трясло от слабости и желания.

В эту ночь Марк меня хотел. Любил. Брал. Но давал несравнимо больше, опустошая себя не глядя, без остатка, отодвигая собственные интересы на второй план. Голос срывался в шепот и хрип. Вместо слов — взгляды и прикосновения. Так лучше. Ближе. Честнее.

— Моя красавица… Инн-н-н…

Это последнее, что я услышала перед тем, как провалилась в сон. И первое, что увидела, когда открыла глаза — Марк. Ночью я удобно устроилась у него под боком, пристроив голову на крепком плече, а руку — на груди. У меня было время, чтобы рассмотреть случайного любовника, и ни одна минутка не прошла даром.

Он и правда красив. Загорелая кожа манила прикоснуться к тонкой сеточке морщин в уголках глаз, провести по четким, словно вырезанным из камня, скулам и губам, которые этой ночью изучили досконально мое тело. Я чувствовала, как щеки вспыхнули от воспоминаний. Неприличных, пошлых и ярких, но таких необходимых для разорванной предательством души.

Еще неделю назад ничего подобного в моей жизни не могло случиться, но сейчас «спасатель» стал финальным антистрессовым аккордом. Хорошим аккордом, громким, — надо признать, вспоминая собственные всхлипы, крики и его рычание — долгим и гармоничным.

Этой ночью два тела и две души сливались воедино, образуя удивительную мелодию. Мне понравилось…

— М-м-м, — мурлыкнул мне в ухо Марк, не открывая глаз. — Доброе утро, Ин-н-н-га. Ты так смотришь…

Гортанное «н-н-н» отдавалось в моей груди легкой вибрацией, запуская по коже табуны сумасшедших мурашек, поднимая дыбом невидимые волоски. До Марка меня никто так не называл. Никогда. Ни разу.

— Как смотрю? — пользуясь моментом, перевернулась на живот и уставилась на мужчину в упор, не стесняясь. Длинные темные ресницы дрогнули, в карих глазах мелькнули черти с бубнами. Доброе утро всем!

— Призывно смотришь. Провоцируешь…

Одним движением Марк притянул меня ближе, нежно прикусил губами мочку уха, заставив тихо застонать от горячей волны, возникшей из ниоткуда и затопившей тело. В мое бедро упиралось вполне доброе и очень твердое утро Марка. Красивое, кстати.