Развод Пиковой Дамы

Поднялся на четвертый этаж, пытаясь держать под контролем беснующееся сердце, которое заходилось в тревожном: — Беда!

На звонок никто не ответил, за старой деревянной дверью, которую я мог вышибить ударом плеча, было тихо. Я спустился этажом ниже и нажал кнопку звонка.

— Что вам угодно, молодой человек? — благообразная старушка, похожая на миссис Марпл, поправила очки в тонкой оправе и внимательно осмотрела меня снизу доверху.

Задавать вопросы было бессмысленно: очевидно, что в квартире Луговой не было никого прорыва трубы, и квартира соседки не страдала от потопа, но я решил уточнить.

— Добрый день. Подскажите, пожалуйста, к вам Инга Луговая сегодня не заходила? Она живет над вами.

— Нет, не заходила, — пожилая женщина смотрела на меня с подозрением, щуря яркие синие глаза. — А должна была?

— Понятно. Спасибо… Извините за беспокойство.

Я вышел из дома и направился к машине. Ситуация запутывалась все больше. Где Инга? Очередной звонок снова остался без ответа.

— Ворон, есть работа. Ты можешь посмотреть одну машину по камерам? — Тимур Воронов — начальник службы безопасности. Еще один человек, которому я доверял прикрывать свою спину. — Серебристая Сузуки Витара выехала с парковки «Око» часа два назад. Найди, где она сейчас.

— Номер машины, Марк? — я слышал, как начбез защелкал по клавишам компьютера. — Хотя уже не надо. Я нашел. Сейчас отследим маршрут. Позже наберу.

Тимур отбил звонок, а я сел в машину и завел двигатель. Как бы там ни было, до дома Инга не доехала, но собиралась именно сюда. Что могло случиться? Поломка? Внезапно изменила маршрут?

Ворон молчал, пока я был в пути, поднимался в офис.

— Марк Денисович! — Галина практически бежала в мою сторону, размахивая телефоном. Бледная, взъерошенная, с распахнутыми от страха глазами. — Марк Денисович, это Инга! Вернее…

В эту же секунду ожил мой айфон.

— Ворон, я перезвоню, — обрубил звонок и схватил аппарат Галины. — Инга, ты где? Что случилось?

— Кем вы приходитесь Инге Олеговне Луговой? — сухо поинтересовался незнакомый мужской голос.

Ответ родился сам собой. Времени на размышление не потребовалось.

— Ваша жена попала в аварию. Сейчас она в третьей городской на Новикова.

Инга! Перед глазами плескалась красная пелена, сердце громыхало в горле, телефон норовил выскользнуть из онемевших пальцев. Мерзкий колючий страх пробежал по позвоночнику, толченым стеклом просочился в кровь, вскрывая вены и артерии острыми гранями, превращая внутренности в фарш.

— Что с ней, доктор?

— Легкое сотрясение мозга, ссадины, ушибы. Жить будет. Вы можете приехать, к ней пускают.

Голос врача — холодный и равнодушный, звучал словно с другой планеты. Он говорил об Инге, о моей Инге!

Теперь я знаю, где она. Знаю, что жива, все остальное второстепенно.